Иванна хрипло засмеялась и показалась в это мгновение куда моложе своих вероятных двухсот лет. Ее панама съехала набок, освободив седые пряди. Женщина стянула головной убор и запихнула его в карман ветровки.
— Так что рожденный темным, по сути, ничем не отличается от обычного светлого, верно? — спросил я.
— Кроме того, что никто не сможет понять, что ты определился с выбором пути и внезапно стал мразью. Но и доказать, что идешь путем света, ты тоже не сможешь.
— Словам верить нельзя, — философски заметил я. — Надо смотреть на поступки.
— Ты очень молод, Миша. — усмехнулась женщина. — Но наверняка успел понять, что многие поступки совершаются для вида. А самые важные дела делают в темноте, чтобы никто не видел. Или ты считаешь, что все благодетели сплошь святые?
— Не считаю, конечно…
— Вот взять к примеру твоего незабвенного дядюшку, — беспечно продолжила Иванна.
Я сбился с шага, и она осуждающе покачала головой.
— Я думала, что это ты меня провожаешь, а выходит наоборот.
— Извините, я не привык к упоминаниям моего родича.
— Странно, что ты не назвал его по имени, но отметил, что он тебе родной человек.
— Но это так! — упрямо заявил я. — Он мне не чужой. И я не стану делать вид, что стыжусь своего предка. И винить его ни в чем не собираюсь.
— И правильно делаешь, — примиряюще произнесла женщина и погладила меня по руке, словно решив успокоить. — Неважно, что говорят о нем остальные. Не стоит верить словам других людей — ты должен доверять своему собственному мнению. Ты ведь знаком с ним лично, верно?
Женщина говорила с ленивой беспечностью, и ее голос убаюкивал. Но меня словно окатило холодной водой, когда я осознал, о чем идет речь.
— Его не стало много лет назад, — напомнил я, надеясь, что мой голос остался прежним.
— Что такое смерть для темного? — с улыбкой спросила Иванна. — Вот ты сам вернулся с того света и выглядишь на редкость свежим и вполне себе аппетитным. Даже несмотря на то, что зачем-то пил какую-то гадость сегодня.
Женщина забавно сморщила нос, будто только сейчас заметила, что от меня пахнет спиртным.
— Знаю, сила пережигает алкоголь, но похвально, что ты решил вернуться домой не на двух колесах.
— Вы не случайно встретили меня, верно? — прямо спросил я. — Видели мой отъезд, раз поняли, что я был на мотоцикле?
— Миша, на тебе куртка с цветами клуба и вшитыми щитками на локтях. И ботинки для езды на мотоцикле… — внезапно развеселилась женщина. — Я может и старая, но не глупая! А что до твоего дяди, я никогда не верила, что он умер навсегда. Он был слишком хорош, чтобы сдохнуть как собака.