— Только мама? — уточнила Иванна.
— И она тоже…
Душой я не кривил. Моя приемная мать из другого мира не особенно заботилась о воспитании отпрыска — она предоставила меня школе, секциям и улице. Хотя иногда все же поясняла мне простые истины из разряда «что такое хорошо, что такое плохо».
— Подожди-ка… — собеседница вынула из кармана футляр, открыла его и извлекла наружу изящные очки в золоченой оправе. Нацепила их на переносицу и расплылась в благостной улыбке. — Ба-а! Так мне довелось встретить княжича Морозова, собственной персоной! В потемках сложно угадать сразу, тем более, без твоего чудесного костюмчика… Хотя, я бы предпочла взглянуть на филейную часть без плаща. Штанишки не очень тесные?
— Нет, вполне себе свободные.
Женщина склонила голову к плечу, словно любовалась мной и потом со вздохом сожаления убрала очки в футляр и сунула его в карман.
— Если ты кому-то расскажешь, что я иногда пользуюсь очками, то придется тебя…
— Убить? — спросил я.
— Отшлепать! — женщина лукаво улыбнулась и показалась на редкость приятной дамой.
— Это неприлично… — засмеялся я.
— Мне можно, — махнула она рукой. — Я тебе в бабушки гожусь. Или даже в прабабушки. Но об этом тоже языком не трепи — мне нравится казаться молодой и красивой. А не то в угол поставлю!
На этот раз я сумел совладать с эмоциями и важно кивнул, соглашаясь с бабушкой. Та осталась довольной моей реакции и принялась невозмутимо выбивать из трубки непрогоревший табак. Делала она это о подошву обуви, совершенно не обращая внимания на то, что на белой поверхности остаются грязные пятна.
— И как тебе тут живется, Мишенька? — беззаботно спросила женщина.
Я пожал плечами.
— Нормально, в общем-то…
— Не скучаешь? — она бросила на меня косой взгляд.
— Не успеваю. Но как только выйду на пенсию, то сразу заведу себе собаку.
— Это ты так шутишь? — она иронично подняла бровь, и отчего-то мне стало неловко.
— Извините.
— Хорошо, обиды не держу, — она устало улыбнулась. — Ты такой приятный парень, Миша. Странно, что при этом темный… Ты, кстати, уверен, что ты именно такой? Может ты светленький и только прикидываешься мрачным типом?
— Увы, Иванна Львовна, я самый что ни есть темный ведьмак! Таким уродился.
— Не все темные рождаются таковыми. Есть те, кто ими становится. И знаешь — разница между этими ведьмаками огромная!
— И в чем же она? — задал я вопрос больше для поддержания беседы. Потому что Александр уже как-то объяснил мне, как меняется цвет силы.
Женщина положила трубку в чехол-мешочек, запихнула его в поясную сумку и поднялась на ноги. Я тут же подал ей руку, чтобы помочь. Иванна положила пальцы на мой локоть и благодарно улыбнулась.