— Не ожидали, княжич? — прошипела Лошодчак, направляясь ко мне.
Я стоял и ждал, наблюдая, как она вышагивает ко мне в умопомрачительных ботфортах из бархата. Наряд ее состоял из короткого платья и куртки, напоминающей мундир с эполетами.
— У меня мало времени, — сообщил я и многозначительно постучал пальцем по циферблату часов.
— Для меня найдешь! — прошипела девица, когда оказалась рядом.
Она скрестила руки на груди, вскинула подбородок и громко заявила:
— Эти подонки решили всерьез выселить меня из Снежинск-Града!
Я пожал плечами:
— Правила едины для всех…
— Ты постарался? — она злобно оскалилась. — Испугался меня? Решил подстраховаться, Михаил?
— Владимирович, — строго напомнил я девице и погрозил пальцем. — И ты себе льстишь. Мне тебя бояться точно не стоит.
— Докажи! — она топнула ногой. — Скажи, что не имеешь ко мне никаких претензий. Еще все можно исправить, если ты замолвишь за меня словечко. Тебе не обязательно становиться моим врагом.
— Ты неправильно просишь об одолжении, деточка, — холодно усмехнулся я. — Надо говорить волшебные слова, не повышать голос…
— Решил меня воспитывать? — казалось, что еще пара секунд и дама кинется на меня с кулаками.
— Поздно. Воспитывать надо было, когда с этого был прок. А сейчас поможет только содержание в клетке, в изоляции от других людей. Хотя, ты и решетку умудришься испачкать в дерьме назло уборщикам…
— Пожалеешь, Морозов! — прошипела Лошадчак.
— Повторяешься, — я вновь посмотрел на часы. — Если это все, что ты хотела сказать…
— Они не позволяют войти в мои апартаменты! Заявили, что новый владелец решит, что выслать мне, а что присвоить. Там мебель, картины, моя статуя!
Она оглянулась и пробормотала что-то нецензурное.
— Твоя личная? — внутренне содрогнулся я.
— В полный рост, во всех анатомических подробностях, — с гордостью ответила Лошадчак и самодовольно улыбнулась.
Да, я не мог не отметить, что она обладала хорошей фигурой. Вот только наполнение меня не устраивало.
— Так и быть, я верну тебе статую.
— Что? — она даже побледнела от напряжения.
— Составь список вещей и передай через администратора, — посоветовал я, а потом хлопнул себя по лбу, словно вспомнил о чем-то важном. — Ах да! Тебя ж больше не пустят в комплекс!
— Морозов…
— Значит, вышли список письмом моему секретарю. Если Водянова не забудет, то передаст его мне. И когда будет время…
— Не может быть, чтобы ты забрал себе…
— Но статую я точно вышлю сразу же, — поспешно возразил я. — Потому что видеть ее по утрам чревато несварением желудка. Хотя, с другой стороны, если понадобится отпугивать кого-то от сейфа…