В общем, я просто один сплошной комок неприятности.
Я несмело протягиваю баночку с мазью обратно Нику и встречаюсь с его непонимающим взглядом.
– Помощь? – переспрашивает он.
– Ага, смотри, – я зачем-то поворачиваюсь к нему спиной и начинаю стягивать с себя майку оголяя поясницу, но резко одумываюсь. – Погоди, – я оглядываюсь на него и встречаюсь с его растерянным взглядом. – Закрой свои глаза.
– Глаза закрыть? – его бровь вопросительно изгибается. – Как я тогда буду тебе помогать?
– Ничего не спрашивай. Давай давай. Закрой пока глаза и это, – мой взгляд стал серьезнее. – Не подглядывай.
Он опускает свои руки в карманы и покорно закрывает глаза.
– Я скажу когда открыть!
– Ага.
Я быстро стягиваю с себя майку и остаюсь только в черном бюстгальтере. Подтягиваю к себе покрывало и прикрываюсь им. Глупо было просить его о помощи и надеяться, что он с закрытыми глазами сможет мне помочь. Как не крути, но ему придется увидеть меня в таком виде.
Да и кто не видел чужих спин? Просто участок кожи. Да любой человек в купальнике на пляже выглядит точно так же!
Конечно, я просто утешаю себя, чувствуя, как внутри что-то переворачивается.
– Ты там что делаешь, боюсь тебя спросить? – Ник подает голос, прерывая мои внутренние истязания.
– Все, все, – глубоко вдыхаю, пытаясь успокоится. – Открывай.
В комнате воцарилась тишина. От этой паузы мне даже стало неловко.
– Намажешь пару ссадин?
– Пару?
Ник.
Я смотрю на ее спину полностью покрытую ссадинами. Где-то они были кроваво бордовые, где-то синии. В некоторых местах была содрана кожа и на этом участке слегка образовались рубцы. Мое сердце сжимается с невыносимой болью.
Даже страшно представить как это все болит при каждом движении, даже при соприкосновении с одеждой, возможно, она чувствует боль.
– Тебе, – я сам не узнаю свой голос, – больно?
Почему-то меня чертовски волнует этот вопрос, что я произношу его вслух.
Я, тот, кто всегда сторонился чувств к кому-либочужому.
Она слегка кидает многозначительный взгляд, а потом на ее лице растягивается легкая улыбку.
– Настолько красочно? – он изгибается, пытается разглядеть свою спину, заглядывая через плечо.
– Ээ, все, прекрати, шею свернешь, – она лишь тихонько посмеивается. – А вообще, как тебе сказать, – я наклоняюсь ближе и разглядываю узоры на ее теле.
Красотой это все точно не назвать. Явно не на ее хрупком теле.
– Ну что ж, тогда я начну.
Медленно выдохнув через рот, я сажусь ближе к ней на край кровати и не могу перестать с ужасом смотреть на всю эту картину.
– Прости, но, – я смотрю на застежку черного бюстгальтера за которой скрывается еще одна ссадина. – С твоего позволения.