Осматриваю их с ног до головы, киваю им в знак приветствия, а они меня просто динамят.
– Вам не стоит здесь находиться, – наконец-то произносит один из его людей.
– Меня… мутит, – я прижимаю ладонь к животу. Где-то плачет один оскар, глядя на мою игру. – Не хотелось бы испохабить вторую машину. Думаю, вашему боссу не понравится.
Пока я травлю байки, глаза лихорадочно ищут путь. Людей вокруг много. Шанс есть. Если бы не это блестящее платье, вообще бы не было проблем. Вот оно, наказание за попытку быть не собой.
Вот всегда любила ходить серой мышью, стоило мне один раз в попугая нарядиться!
Ругаюсь сама на себя. А какой сейчас в этом толк?
А сбежать очень охота...
И в моей голове даже зреет неплохой план. Ну как неплохой. Если сделать выводы, исходя из моей жизни, план совсем ужасный. Но не воспользоваться таким шансом, совсем глупо с моей стороны. Чем черт не шутит.
– Ладно, вы правы, – выдавливаю я слащавую улыбку. – Здесь чертовски холодно.
Я залезаю обратно в машину, но не на свое место, а на заднее сиденье, с тонированными стеклами. Сердце колотится где-то в горле, готовое выпрыгнуть. План до идиотизма безумный: выскользнуть с другой стороны и раствориться в толпе.
Главным препятствием являются эти проклятые каблуки. Орудие пытки. В них далеко не убежишь. Но и босиком по этому асфальту, усыпанному осколками и мусором, верный путь в инфекционку.
Собираю все мысли в кучу. Главное — не паниковать.
Жду. Охранники на секунду отвлекаются, и я резко приоткрываю дверь с противоположной стороны и вываливаюсь на асфальт пригнувшись. Крадусь настолько незаметно, насколько может быть незаметен павлин среди голубей. Прячусь за соседними машины, пытаясь, отдалиться от них дальше.
И почти получается.
– Эй! Стоять! – грубый окрик, пробивает уличный гул, и я оборачиваюсь.
Вот черт!
Этот крупный парень, что говорил мне сесть в машину, теперь быстро бежит в мою сторону. Сердце и без того готово улететь в космос, но прямо сейчас мне дико страшно.
Бегу не оглядываясь, пускаюсь в пляс на этих высоченных каблуках, спотыкаясь и почти падая. Сердце колотится, выпрыгивая из груди. Сквозь толпу, вперед, просто вперед! Чей-то возмущенный возглас, оттолкнутое плечо…
И железная хватка на моем плече, сковывающая, безжалостная.
– Попалась? – его дыхание сбивается от бега, и от этого становится еще страшнее.
– Все, теперь я тебя догоняю! – выпаливаю я первое, что приходит в голову, пытаясь запрятать истерику. Но по его хмурому лицу видно, что это не его любимая игра. Его лицо не дрогнуло. – Что, в салки в детстве не играл?