Небольшие узкие окна, оставленные лишь возле двери круглого помещения храма, пропускали внутрь мало света. В вечном сумраке темные, заново отполированные стены поглощали узкие лучи солнца, несмело освещавшие выкрашенные заново в золотой иероглифы на двух рядах табличек с именами предков рода Ван. Между ними с двух сторон прятались низкие бронзовые сосуды для благовоний, украшенные свернувшимися в кольцо драконами, а по краям постамента примостились низкие вазы с яблоками, мандаринами и виноградом. В середине помещения Кит установил найденную на складе небольшую напольную жаровню для сжигания ритуальных денег, а перед ней, на маленьком высоком столике, расположил плошки с рисом, водой и солью, как ему велел фаши.

Все убранство храма смотрелось достойно и гармонично, но одна его деталь сразу приковывала к себе внимание: манекен с доспехом прямо посередине подиума, выглядевший мрачным и гнетущим. Кит, как мог, собрал доспех, и, по крайней мере, лицевая его часть выглядела правдоподобно: черненые пластины выстроились рядами, закрывая «тело» манекена почти до колен. Но ни наручей, ни наплечников, ни шлема Кит на складе не нашел, и без них доспех смотрелся угрюмо.

Подумав, что генерал Ван, если бы увидел такое пренебрежение, только еще больше бы разъярился, Кит удрученно вздохнул. Но что он мог поделать? Управляющий Лю наотрез отказался обсуждать потерю этих важных деталей доспеха, заявив, что наверняка они были украдены из храма во время многочисленных волнений и других невзгод, и что он и так уже помог всем, чем смог.

— Какая красота, Кит! — в храм, сияя, как обычно, вошел Ли Тао. Он принес огромную охапку белых хризантем и сунул ее в напольную вазу справа от постамента. Слева, в симметричной вазе, уже стояли принесенные Китом лиловые гортензии. — Ну что, все готово? Когда приедет уважаемый фаши Сун?

— Думаю, через несколько минут, — взглянув на время, ответил Кит. — Я схожу переоденусь. Фаши велел мне надеть белый халат для ритуала и прихватить цзянь, буду ему помогать. Если даочжань Сун придет без меня, встретишь его?

Ли Тао кивнул, и Кит вышел.

Когда переодетый Кит вернулся в храм, мастер уже прибыл. Это был невысокий пожилой мужчина в темно-синем даосском одеянии, с короткой стрижкой и темными глазами, мягко лучившимися из-под строгой оправы очков. Обернувшись ко входу, он одобрительно кивнул вошедшему.

— Ты очень хорошо потрудился, сяо Ван! Все выглядит гармонично. Отличная подготовка! Скажи только, а вот эта… э-э… скульптура между табличек — она значит для тебя что-то особое? Зачем она здесь?