Хули-цзин обвела их обоих угасающим взглядом и попыталась прикоснуться к руке Кита, но тут ее облик пошел волнами, замерцал и расплылся в туманное облако. На миг в нем мелькнул силуэт серебристой лисы с девятью хвостами, но тут же рассыпался мириадами мелких блесток. Хули-цзин исчезла.
Кит ухватился за запястье левой руки, обожженное вспышкой короткой боли. Тонкая красная нить побледнела и растворилась, словно ее не было вовсе.
— Она умерла из-за тебя, — процедил генерал Ван, вставая. Его глаза снова гневно засверкали, когда он уставился на Кита. — Она просила меня покончить с враждой. Но ты, который называет себя моим потомком, неужели ты готов простить ему то, что он сделал?!.
[34] Цунь — китайская мера длины, примерно равная 3 см.
[35] Шао му — «младшая мать», обращение к наложнице отца (кит.)
[36] Сяньцзы — букв. «талантливый наследник», обращение к старшему сыну, наследующему главе рода (кит.)
Глава 12. Освобождение
Яркие глаза генерала прожигали Кита насквозь, лишая сил к сопротивлению. В затуманенном сознании внезапной вспышкой мелькнуло понимание. «Он же велел мне узнать историю матери! Как я мог забыть?!. Я ведь думал об этом всю свою жизнь!» Можно было бы предположить, что так проявилось магическое влияние хули-цзин или самого генерала, но ведь оба, наоборот, хотели, чтобы он раскрыл тайну! Нет, это была его собственная ошибка, его разгильдяйство!
Кит ощутил, как сердце его сжало жгучее чувство стыда. Он провалил все дело! Не сделал то, о чем просил его призрак предка, и теперь, хоть столько сил портачено, чтобы уговорить директора Чжао и восстановить храм, собрать доспех и провести очищующий ритуал, дух генерала не сможет покоиться с миром, его гнев и отчаяние не развеятся! И хули-цзин погибла напрасно, защищая его, болвана! Кит ухватился за запястье, где еще совсем недавно он ощущал тепло красной нити его помощницы. Теперь не осталось ни малейшего следа их связи. Холодная тоска охватила его, и по телу разлился ледяной озноб.
— Генерал Ван Вэй Ву, простите меня, — почти онемевшими губами прошептал Кит. Яростный предок вряд ли расслышал его лепет, но он все же продолжил: — Я не выполнил все ваши просьбы. Но я узнал, что директор Чжао получил права на земли «Усадьбы» законным путем. За что мне его ненавидеть? Генерал…
По-видимому, оправдание все же достигло ушей Ван Вэй Ву, потому что он вдруг взревел, а в его руках снова оказался серебристый меч.
— Не за что ненавидеть? Не за что?!. Жалкое бесхребетное семя! — Голос генерала громовым раскатом влетел в уши Киту, и его сердце сжалось: его слова только сильнее распалили гневливого призрака.