— Десять искр! — удивлённый голос Ржавого привлёк внимание всех. — Заяц набил тут тварей на десять искр.

— Отлично! Значит, у него долг будет меньше, — тут же вставил Масло.

Масло испытующе всмотрелся в меня.

— Ты что — то сожрал! — прямо наехал он. — Больно ты живчиком выглядишь. Мы там вымотались на полную, Зара даже восстанавливаться уже не может — истощение! А ты тут один столько тварей положил?

Я подобрался. Правду говорить было не стоит ни в коем случае.

— Пришлось сожрать… искру раптора, иначе хана, — вынужденно соврал я, глядя ему в глаза.

— Так я и думал, — кивнул Масло, немного сбавляя напор, но всё ещё сверля меня взглядом.

— Как понять, что она усилила, или как направить? — спросил я.

— Никак, — скривился Масло. — Усиление от искры зависит от первичной предрасположенности, от первой поглощённой искры, и от вида твари, чью искру ты сожрал. Тебе следует подойти к менталисту, он проверит твои сигнатуры…

— Хорош болтать! — просипела Зара, с трудом глотая воздух. — Нам ещё возвращаться, десяток — то точно по пути набьём.

— Ага, учитывая, что ты полностью пустая, — дёрнул плечами Масло, явно сомневаясь в её пользе.

— Нам всё одно возвращаться… — слабо огрызнулась она.

— Так! — командный голос Ржавого утратил сталь, но всё ещё звучал. — Дойдём до выхода! Там и посчитаем, кто и сколько. Отдых пять минут.

Я посмотрел на засохшую корку на своих руках.

— Ржавый, может помоемся? — предложил я.

— Нет, — отрезал Ржавый, тяжело усаживаясь на камень. — Я пуст.

В итоге отдыхали мы полчаса. За это время Зара так и не восстановилась, зато выспались почти все остальные.

— Подъём! — проворчал Ржавый, поднимая нас пинками с камней. — Идём наверх.

Мы прошли пустые девятую и восьмую пещеры. На входе в седьмую земля резко ушла из — под ног. Я не устоял и тяжело рухнул на колени. Своды пещеры утробно заскрежетали, сверху посыпалась каменная крошка. Земля буквально лягалась, как взбесившаяся лошадь.

— Землетрясение? — крикнул Костя, озираясь по сторонам.

— Нет! — лицо Ржавого посерело. — Что — то крупное лезет наверх. Судя по вибрации… Это прорыв с третьего яруса! Встаём! Живо! Бегом, если хотите жить!

И мы сорвались с места. Гул за спиной нарастал с каждой секундой, подгоняя нас.

Мышцы горели, дыхание сбивалось.

На крутом подъёме Зара споткнулась и с глухим вскриком полетела на камни. Остальные даже не обернулись. Я, не сбавляя хода, подскочил к ней, рывком вздёрнул на ноги и, подхватив под мышку, буквально потащил за собой. Девушка захрипела, но ноги переставлять начала.

Мы шли через пещеры, не ввязываясь в драку с птерами и прочими уже появившимися тварями. Но, видимо то же гул сбивал их агрессию и они стремились спрятаться. Минут через тридцать этого марафона мы ввалились в зал приёма — первый зал у спасительных бронедверей.