Да барон просто списал свою разбитую в пьяном угаре тачку на меня! А чтобы оправдать моё состояние, вписали, что я был пьян. Ещё бы, тот реген, что влил в меня Поликарп, чистый спирт. Освидетельствование всё подтвердило. Удобно.

В общем, не лучшее начало новой жизни. Ладно. Я Игнат Зайцев. Без отчества — простолюдинам оно не положено. Кожевник, алкаш и терминатор, крушащий лбом автомобили.

Судья закончил читать этот бред и уставился на адвоката пострадавшей стороны.

— Ваши требования?

— Ваша честь! — вскочил холёный юрист Коновалова. — Ввиду отсутствия у ответчика необходимой суммы денег на счетах, считаю правомерным лишить его статуса простолюдина и продать на закрытом аукционе холопов. Вырученные средства направить на покупку нового автомобиля, а также на погашение процентов по кредиту, штрафов и компенсацию упущенной выгоды. Итого: сто четыре тысячи рублей!

Холопов? Продать?!

Холодная ярость затопила сознание. Рабство. Вот, значит, как. Я инстинктивно рванулся вперёд, наплевав на цепи, прикреплённые к поясу. Я порву этого ублюдка до того, как охрана успеет достать оружие.

Но не тут — то было. Верзила — конвоир, что всё время стоял рядом, среагировал мгновенно. Огромные лапищи легли мне на плечи и с невероятной, почти неестественной силой впечатали обратно в скамью. Тело затрещало.

— Сидеть смирно, — прошипел он мне в самое ухо. И добавил едва слышно: — Попроси Суд Камня Истины.

Судья, казалось, даже не заметил моей попытки рывка.

— За административное правонарушение — в холопы… хм… — старик пожевал губами. — Сколько та Волга стоит, а? Пятьдесят тысяч в базовой комплектации. Хорошо… Адвокат ответчика?

Мой защитник, всё это время читавший какую — то газету, лениво оторвался от прессы. Вздохнул. Посмотрел на меня, потом на судью.

— Возражаю!

Фух. Я выдохнул. Неужели этот бесполезный слизняк сейчас начнёт работать и крушить аргументы обвинения? Найдёт нестыковки с разбитой машиной?

— В чём же? — иронично приподнял бровь судья.

— Возражаю против того, чтобы на моего клиента вешали проценты по кредиту. Это чересчур, Ваша честь.

Вот с…. слов нет.

Судья мотнул головой и принялся поглаживать бороду.

— Ну, а вы что скажете? — старик судья наконец, впервые за три дня, посмотрел прямо на меня.

— Вот сейчас, — толкнул меня конвоир в бок.

Я вскинул голову и встретился взглядом с судьёй.

— Требую Суда Камня Истины!

Голос прозвучал громко. Судья, уже занёсший деревянный молоток, замер. Барон Коновалов дёрнулся. Мой адвокат мгновенно посерел и принялся суетливо вытирать лысину платком.

Тишину нарушал лишь звук бьющейся в стекло мухи. Жжж — бум. Жжж — бум.