— Моя сестра молода и не очень хорошо знает ваш народ и обычаи, уважаемый Ахтар. — Ни секунды не задумываясь, отвечает здоровяк, останавливая сестру касанием руки. — Первым скажу я. Потом будет говорить она, это будет окончательным решением. Джирга и участие в ней — это не только и не столько права. Это ещё и значительный сонм обязанностей. Участие в вашей Джирге и принятие на себя этих обязанностей было бы равносильно отказу от многих личных свобод туркан. Моя сестра однозначно не знает следующих слов. Кажется, кто-то из ваших, или Рахман-Баба, или Назо Токхи — бабушка Назо, мать одного из Шахов… или даже сам Ахмад Шах Дуррани? Вот кто-то из них говорил: «Иногда отдельного человека, иногда и целый народ ставят перед выбором: свобода или еда. Народ, выбирающий еду, в итоге всё равно останется без еды. Но перед этим потеряет и свободу».

— Перед тем, как присоединиться к словам брата, я бы хотела посмотреть на список прав и обязанностей, налагаемых участием в вашей Джирге, — тщательно подбирает слова дочь хана.

Пуштуны начинают смеяться, а здоровяк поясняет сестре:

— Это изустный свод правил. Его нет в письменном виде. Чтоб знать его, надо быть пуштуном. Там даже не знать, там скорее чувствовать надо… Ну или специально пообщаться с ними на эту тему придётся, долго; но всё равно могут быть пробелы.

— Будьте моими гостями, уважаемые, — встряхивает волосами дочь хана. — Кто из вас согласится ввести меня в курс прав и обязанностей, налагаемых правилами Пашто-Валлай? И участием в джирге? Оговоримся сразу: это никак не аванс и не заявка на участие туркан в ней. Это просто оценка всех обстоятельств, перед принятием решения…

— Благодарим за гостеприимство, — чуть кланяется пуштун, говорящий на туркане. — С твоего позволения, о нашем народе буду рассказывать я. И воспользуюсь вашим гостеприимством на столько времени, сколько потребуется, чтоб ответить на все ваши вопросы.

— А правда ли, уважаемые хозяева, что вы каким-то образом научились ловить ещё и рыбу в реках? — спрашивает кто-то из Дуррани. — В наших землях тоже есть реки, вам мы не помешали бы своей ловлей. Но искусство ловли рыбы никому из нас не знакомо. Возможно было бы научить этому и нашу молодёжь?

— Этим занимается брат, — отмахивается дочь хана, указывая на здоровяка. — Договаривайтесь с ним.

— Возможно, конечно, — устало кивает здоровяк. — Места под Солнцем, рыбы в воде и травы в Степи нам не жаль. Только пусть ваши кузнецы и женщины помогут сделать снасть получше? И вначале с оставшимся десятком воров разберёмся…