Теперь часть блюд на столике у кровати уже исчезла, а оставшаяся еда выглядела так аппетитно, ее судьба тоже была предрешена. В какой-то момент я осознал, что обычные люди, вероятно, не заказывают подобное количество еды на одного человека, но останавливаться было уже поздно.

Человеческое тело реагировало на пищу слишком благодарно, это подчеркивало его слабость, но, бесспорно, было приятно физически. Тепло постепенно возвращалось в мышцы, сознание прояснялось, а неприятная слабость отступала. Особенно странным оказался местный десерт — холодный, но сладкий и сливочный. Сначала сама идея добровольно есть замороженную пищу показалась сомнительной, но уже после первой порции я перестал сомневаться, и теперь рядом с тарелками стояли три пустые креманки. Я некоторое время смотрел на них с легким раздражением — все-таки абсолютного восстановления еда мне не принесла, но в итоге отвернулся обратно к окну, переключая свое внимание.

Мысли о Полине возникали слишком часто.

Это было ожидаемо. Связь уже начала формироваться, пусть пока и на самом базовом уровне. Демоническая природа всегда реагировала на избранницу раньше разума, и именно поэтому большинство представителей нашего рода быстро теряли интерес к другим женщинам после определения подходящей кандидатуры.

Но в данном случае дело было не только в связи. Полина оказалась необычной.

Да, она была не самой красивой женщиной из возможных. Судя по всему не самой спокойной и покладистой, но и не самой рациональной. Ее эмоции постоянно менялись, движения были хаотичными, а слова зачастую противоречили друг другу. Но рядом с ней жизнь переставала быть предсказуемой, а подобного я еще никогда не испытывал.

И что особенно любопытно — она почти не испытывала страха или недоверия рядом со мной. Раздражение — да. Смущение я тоже временами улавливал. Усталость, неловкость, недоверие — все это проявлялось достаточно отчетливо, но не страх.

Даже после происходящего в примерочной она скорее возмутилась, чем испугалась по-настоящему. А после разговора с руководителем смотрела на меня так, словно все еще пыталась решить, кем именно меня считать: проблемой, странностью или неожиданной удачей. Но потенциальной угрозы в этом списке возможных ролей не было.

Я задумчиво провел пальцами по холодному стеклу окна.

Люди были эмоционально непоследовательны, но в этом, как ни странно, скрывалась определенная привлекательность. Они не контролировали себя так тщательно, как демоны, и их чувства постоянно проступали наружу: по голосу, взгляду или движению любого человека можно было узнать слишком много о нем самом.