Я любила такие дни, особенно после тяжелых недель, когда работа начинала напоминать бесконечный марафон из встреч, так еще нужно было заполнять сотни таблиц и подстраиваться под чужие дедлайны, параллельно пытаясь удержать в голове слишком много вещей одновременно.

Сегодня я проснулась без будильника, отдыхая почти до полудня, и несколько минут просто лежала в постели, наслаждаясь моим любимым видом праздности — не сумасшедшими тусовками, а медлительностью и легальной леностью. Телефон рядом тихо вибрировал от уведомлений, но обращать на него внимания или тем более вставать не хотелось.

Но все-таки я телефон и увидела сообщения от Ксюши.

Ксюша:

«‎Ты живая?»

Ксюша:

«‎Или тебя все-таки украл какой-нибудь офисный красавчик?»

Я усмехнулась и перевернулась набок, параллельно набирая ответ.

Полина:

«‎Я не понимаю, почему ты решила, что у нас появился красавчик».

Ответ пришел почти сразу.

Ксюша:

«‎Потому что рано или поздно у каждой принцессы должен появиться принц. Мужицкий дождь доберется до айтишниц, обещаю».

Я невольно рассмеялась. Это была заведомо нечестная беседа: Ксюша слишком хорошо меня знала, чтобы вот так легко рассмешить парой простых сообщений.

Мы дружили еще со времен университета, пережили вместе расставания с «‎не теми» партнерами, проблемы с работой, съемные квартиры (даже те, где господствовали тараканы), многочисленные попытки «начать новую жизнь с понедельника» и несколько особенно отвратительных свиданий, о которых теперь можно было говорить только со смехом.

Ксюша вообще относилась к той восхищающей меня категории людей, рядом с которыми не приходилось ничего из себя выдавливать или пытаться подстроиться под человека. Даже в самые паршивые периоды она не читала нотаций и не пыталась срочно «починить» чужую жизнь, просто оставалась рядом, а мне и нужна была такая подруга. Как, надеюсь, и ей, ведь именно такой подругой я старалась быть для нее.

Наверное, поэтому я и ехала сейчас через половину города в маленькое кафе рядом с ее домом вместо того, чтобы провести выходной в одиночестве и поспать наперед еще пару-другую сладких часов.

К тому моменту, как я добралась до места, Ксюша уже сидела на летней веранде с большим стаканом айс-латте и одновременно пыталась не дать сыну утащить с соседнего столика сахарницу.

— Матвей, хватит изображать голодного коня, — устало произнесла она, перехватывая сахарницу буквально в последний момент. Потом подняла взгляд на меня и прищурилась. — О-о. Ну точно! Я знала!

— Что «точно»?

— Лицо женщины, которой понравился мужчина. Конкретный мужчина!