Ксюша помолчала.

— Тебе страшно? — спросила она наконец.

Я по-честному задумалась, пытаясь найти правильный ответ для самой себя.

— Не из-за него, — сказала я медленно. — Рядом с ним мне не страшно. Страшно от того, что я не знаю, что теперь делать с этим знанием. Куда его положить.

— И как с этим жить?

— Как с этим жить. Как это принять. С чего вообще начинать.

Ксюша взяла свою кружку снова, задумчиво покрутила ее в руках.

— Поль, — сказала она наконец. — Ты пришла ко мне не за решением. Ты ведь уже явно знаешь, что будешь делать.

Я удивленно посмотрела на нее.

— Ты пришла, потому что тебе нужно было сказать это вслух кому-нибудь, кто не начнет немедленно паниковать.

Я промолчала, потому что подруга была права, и мы обе это знали.

— А пугает тебя не он, — добавила Ксюша тише, — а то, насколько тебе важно, что будет дальше. Да?

Я смотрела в свою кружку, которую уже успел принести официант, потом перевела взгляд в окно, потом снова в кружку.

— Я не буду ничего гуглить, — сказала я наконец. — Точно не буду. И не буду ничего решать сама. Задам ему все вопросы, чтобы мы вместе могли все обсудить… Просто мне нужно еще немного времени, чтобы понять, с чего начинать.

— Хорошо, — просто кивнула Ксюша, готовая поддержать любое мое взвешенное решение.

— И если через неделю я позвоню и скажу, что у меня кризис — ты не удивляйся.

— Я не удивлюсь.

— И не говори «я же предупреждала».

— Я никогда так не говорю.

— Это правда, — благодарно согласилась я. — Это одно из твоих лучших качеств.

Ксюша наконец тепло улыбнулась.

Пока я шла домой пешком, в голове постепенно собирался целый список конкретных вопросов по существу. Удивительно, но даже попытка их структурировать избавляла от тревожных мыслей.

И начинался этот список с чего-то вроде: «Что значит быть демоном на самом деле?»

И: «Почему именно я?»

И: «Что ты чувствуешь? По-настоящему?»

К тому моменту, как я добралась до своей улицы, список оказался длиннее, чем я рассчитывала.

Я зашла домой, переоделась, включила чайник и взяла телефон, открывая чат с Максимилианом.

Его последнее сообщение — «хорошо» в ответ на мое «жди» — так и висело там с вечера, короткое и совершенно спокойное. Никакого «ты как», никакого «мы можем поговорить», просто «‎хорошо», подразумевающее «‎жду».

Я написала:

«У меня будут вопросы. Я могу тебе их задать тут?»

Ответ пришел быстро:

«Да».

Я поставила телефон на стол, налила чай и открыла заметки, решив зафиксировать там все мысли.

Список оказался действительно значительно длиннее, чем я планировала. Некоторые вопросы были серьезными, другие — неловко бытовыми. И стоило начать их задавать, если я действительно хотела разобраться в ситуации.