— А? — студент подпрыгивает, оглядывается на нее в изумлении.
— Я же говорил — ценный специалист, — удовлетворенно констатирует Прохоров.
Глава 06
В красном свете лаборатории всë кажется странным и будто крупнее. Погружая пластины в кюветы с проявителем, Анна внимательно запоминает объяснения Пети и досадует, что из него плохой учитель. Он путается в словах, делает длинные паузы, перескакивает с одной мысли на другую и повторяет без необходимости уже понятное.
Вот кто умел легко растолковать любые сложные темы, так это ее отец. Самый тупоголовый студент выходил с его лекций просветленным. Маленькой Анна любила ходить с отцом в университет и слушать непонятные термины, формулы и определения, которые наполняли ее сердечко спокойствием и восторгом. Ей казалось, что нет никого красивее и умнее, чем папа.
Тогда она еще была Анютой, Анечкой, и в мамином теплом смехе таяла отцовская резкость. Если подумать, мир выглядел вполне дружелюбным местом, и никто не предупреждал, что однажды это изменится.
Анна порой (всë реже и реже) спрашивает себя: а простила ли она маму? Или всë еще нет? Ответ прячется в тенях прошлого и, наверное, никогда не выйдет на свет, если только однажды они вдруг не встретятся снова.
Она представляет себе, что скажет: ты сбежала от отца, это я понимаю лучше всех; но почему ты не взяла с собой меня?
А может, Анна не сумеет перешагнуть через гордыню и только отвернется презрительно. Ни о чем не спросит, пройдет мимо… Как знать, на что она способна в минуты потрясений?
Мама сбежала, но не это самое плохое. Плохо то, что ее бегство изменило отца. Как будто Анна осиротела дважды, потеряв сразу обоих родителей. Да нет, куда хуже — как будто отец стал врагом, от которого некуда спрятаться.
С годами его раны затянулись, на место ярости пришла холодная отстраненность. Наверное, никто и никогда так жестоко не уязвлял самолюбия великого Аристова, как его собственная жена.
Он кинул смятую записку к ногам Анны, словно обвиняя дочь в преступлении матери. Теперь она уже не помнит точно, что там было написано, — путаное про тиранию, свободу и любовь. Тогда это казалось словами, лишенными смысла. Анна смотрела их значение в словарях, но понадобилась встреча с Раевским, чтобы действительно постичь, как много они вмещают.
Его любовь обрушилась откровением: Анна и не понимала, как истосковалась по обычным прикосновениям, теплым словам, пониманию и искренности. Наверное, такое потрясение испытал бы слепец, вдруг увидев солнце.
Раевский был по-настоящему добр, добрее всех, кого она знала. И этого оказалось достаточно, чтобы заполучить ее вечную преданность.