Будь что будет. Не станет она раньше времени паниковать, не бросится в бега… Страна большая, но с видом на жительство далеко не убежишь. Разве что поддельный паспорт выправить или в какой-нибудь глухой деревушке запрятаться.
Нет, это тоже не жизнь — всë время бояться да оглядываться.
— Вы правы, Григорий Сергеевич, машинистка нужна, — соглашается Архаров, а глаза его — будто два колодца: захочешь и не увидишь, что прячется на дне.
* * *
Анна торопится покинуть кабинет раньше всех, внизу забирает у дежурного Сëмы свое пальто и на мгновение замирает: может, сразу отправиться к студенту Быкову? Да где же его искать? В университете? Но туда соваться боязно. Или полагается отправить за потерпевшим жандарма? Она не знает протокола, а значит — хватит глупостей. Сначала спросит у Голубева, как тут положено.
— Анна Владимировна, — рыжий жандарм, которого она так старательно запоминала как обидчика, топчется рядом, — вы простите меня, я же не со зла… Подумалось — смешно выйдет, совершенно забыл, что у женщин конституция более чувствительная… Мы же тут, в мужском мире, дичаем совсем.
Она не собирается потакать его чувству юмора.
— Неужели вам правда смешно, когда женщина голодает? — спрашивает холодно.
Он краснеет так ярко, так быстро, что она только сейчас понимает: да он же мальчишка совсем, вроде Пети. Бестолковый и безобидный.
— Хотите, я вас буду кормить обедами всю неделю? — предлагает он порывисто. — Только не ходите больше на Лиговку, дурное там место, то драки, то чего похуже.
Анна тут же намеревается отказаться — только чужой жалости ей не хватало. Но у рыжего жандарма такое честное лицо, что она невольно поддается на детскую мольбу его взгляда:
— Кормите, раз провинились…
Не каждому выпадает удача так легко исправить свои ошибки.
Глава 15
В это сложно поверить, но Анна действительно работает. До обеда прячется от всех в лаборатории, где проявляет снимки с обыска у Штернов. Это механическое, монотонное занятие не приносит покоя, а только раззадоривает головную боль.
— Вы с ума сошли? — ужасается Голубев, когда Анна спрашивает у него, может ли отправиться к Быкову. — Даже крепкие мужчины не ходят к потерпевшим и подозреваемым в одиночку. Берите с собой любого из жандармов и вместе с ним езжайте, куда велено. С вами что, никто не проводил обучения?
Она пожимает плечами, заматываясь в платок. Потом так же основательно разматывается.
— Нет, — вяло отвечает она, борясь с сонливостью. — Я хочу привести Быкова сюда, в мастерскую. Хочу, чтобы он тоже взглянул на пружину. Так оно нагляднее выйдет.