Продолжаю концентрироваться на дыхании под его бесперебойный спич. Вдох. Выдох. Направляю каплю энергии духовного ядра, чтобы купировать заражение в ранах. Тонкий баланс. Этого должно быть достаточно для поддержания текущего состояния, и не навести на подозрения в мощной регенерации.

— Сегодня тебя отсюда вынесут, малец, — продолжал старикашка почёсывая небритую щёку. — Грушин такие вещи не прощает. Зуб даю, уже приказал тебе «особое меню» приготовить. Как-то был тут один, тоже умник… три дня продержался, а потом пожрал харчей и затих. Навечно.

— Спасибо за заботу, дед, — произношу тихо, не нарушая концентрации, — но, боюсь, твои прогнозы придётся подкорректировать. Остались ещё неоконченные дела на этом свете. По этой причине и подохнуть не могу.

Старик, видимо устав болтать, хмыкнул и отошёл от решётки, бормоча про «самонадеянных щенков». Вот же ворчун.

В коридоре послышалась возня, приглушённые голоса. Может сейчас будет кормежка и принесут пресловутое «особое меню» от майора? Ну или, ещё каких-нибудь мордоворотов, чтобы закончить начатое? А потом напишут, якобы курсант Волков напал на сотрудников и бравые заключенные помогли в его ликвидации. И вообще, он — психопат и поджигатель. Сценариев предостаточно. Вот только, им придётся ой как постараться, чтобы прикончить меня.

Лязгнул ключ, и в коридоре прошла процессия из трёх человек. Впереди шёл сменный дежурный с огромной связкой ключей, за ним — сутулый сотрудник, отчего-то смущённый. Стоило увидеть, кто замыкает шествие, и его смущение стало объяснимым.

Красотка. Умница. И просто — ректор моей академии. Виктория Александровна Державина.

Высокая, статная блондинка с безукоризненной осанкой вошла в тюремный блок, как в бальный зал Императорского дворца. Так и норовилось сказать сейчас, что забыл ангел в нашем захолустье, но ведь это столь банально и даже вульгарно, что решаю промолчать.

На ней изысканное платье серого строгого цвета с чёрными бархатными рукавами и высоким воротником, подчёркивавшим элегантную шею. Пояс с серебряной пряжкой обхватывал талию, выделяя силуэт песочных часов. Поверх — строгое чёрное пальто с меховыми манжетами. Знатно приоделась. Вот же женщины… Даже на визит в городскую тюрьму одеваются, как на приём к самому Императору. Или она так ради меня постаралась? Сомнительно.

Самым интересным в Вике была далеко не одежда или украшения, а выражение лица — идеальная маска превосходства, которое показательно сдерживают, чтобы показать ещё большую власть. Каким взглядом она смотрела на окружающий тюремный убогий мир… Прям богиня, ей богу. Так, что-то я совсем разогнался в своих мыслях. Отсидел всего сутки, а чувствую себя голодным до женского тела жеребцом. Даже забавно. Что было бы, просиди я тут с годик. Выяснять, конечно, не буду.