* * *

В просторной гостиной, отделанной тёмными породами дерева, потрескивал камин. Воронцов, сложив ногу на ногу, сидел за шахматным столиком, задумчиво передвигая фигуры. Длинные пальцы с тяжёлым перстнем задерживались на каждой фигуре. Он будто вёл с ними безмолвный диалог.

Его ближайший помощник — Дмитрий Александрович Скворцов перебирал у книжного шкафа фолианты. Он служил Воронцову верой и правдой уже пятнадцать лет, и за это время научился распознавать мельчайшие изменения в настроении господина. И сейчас они говорили ему, что архимагистр чем-то озадачен.

— И что вы нашли в этом мальчишке, господин? — спросил Скворцов, нарушив порядком затянувшееся молчание.

Воронцов задумчиво передвинул белую пешку:

— По-моему, он забавный.

Заместитель нахмурился:

— И всего-то?

— Ты не видел его выступления на арене, — Воронцов поднял взгляд от доски. — Его подход интересен. Нет. Гениален. Зрители назвали его «Ненормальный Практик», представляешь? — он протянул ноги на подставку и взял стакан с компотом. — Такое уникальное применение базовых техник… Даже я нашёл в этом вдохновение и продвинулся в культивации на ступень…

Скворцов вскинул брови. На невозмутимом лице проступило искреннее изумление.

— Поздравляю, господин!

Он знал, что в последние годы Воронцов застрял на месте безо всяких сдвигов. Даже небольшой прогресс на его уровне считался невероятным достижением! Многие практики седьмого ранга десятилетиями не могли сдвинуться с мёртвой точки, несмотря на все усилия!

— Но и это не всё, — продолжил Воронцов, перемещая ещё одну фигуру на доске. — Скажи, Дмитрий, что тебе известно о битве за Северный бастион в 1903-м?

Скворцов нахмурился в попытке вспомнить детали исторического события.

— Было кровопролитное сражение, насколько я знаю. Говорят, никто не пережил ту кровавую жатву против немцев и французов. С той битвы бастион под управлением князя фон Штайнбаха, как и бывшее Северное княжество.

Воронцов кивнул.

— Всё так. А ты в курсе, кто прежде управлял Северными землями?

— Конечно, — Скворцов ответил без запинки. — Николай Александрович Северов. Один из сильнейших практиков своего поколения. Его называли несокрушимым Князем Севера. Увы, он погиб в том сражении, как и его род. Хотя всех подробностей я не знаю.

— А я слышал, что кое-кто всё-таки выбрался из того ада, — произнёс Воронцов, глядя на чёрного короля на шахматной доске.

Зам вопросительно посмотрел на него, не понимая, куда ведёт разговор.

— Его жена с грудным ребёнком, — пояснил архимагистр. — Мальчик, который мог быть их внуком.