— Ты про Хитрово и Трубецкую? — спрашиваю, внутренне сжимаясь, уже очень не хочется обсуждать этих дам.
— Не только. Будут и другие, — графиня вдруг укусила меня за сосок, заставив вскрикнуть от неожиданности.
Вместе с этим она переместила руку с моей груди ниже, одновременно зашептав в ухо.
— Дело не в этих клушах. Хотя, надо признать, что молодая княжна уже сейчас хороша! Далее, кого-то ждёт такой подарочек. И только попробуй в следующий раз так откровенно рассматривать её грудь, — новый укус и, насладившись произведённым впечатлением, графиня продолжила, — Но надо учитывать, что Хитрово — это Шуваловы, Трубецкая — понятно кто.
Решаю пошутить, хотя мне сейчас хочется схватить Анну и целовать ещё горячее тело. Но понимаю, что она не просто так начала разговор.
— А Салтыков, конечно, представляет… — делаю многозначительную паузу.
В ответ получаю новый укус, только уже в ухо. Мне всё труднее сдерживать свои порывы, так как возбуждение достигло пика.
— Граф Сергей Владимирович — это французы, которым он поклоняется, будто языческому идолу. Значит, к тебе ищет подходы посол де Бретёйль. И я бы не стала относиться к этому безразлично. Уж больно ловки они в интригах. Ещё учитывай, что Салтыковы твоя родня по прабабке, и они это прекрасно помнят. Как, впрочем, все русские роды, — снова этот возбуждающий шёпот, — А теперь хватит лежать аки бревно! Давно пора заняться сгорающей от нетерпения женщиной. Или мне лучше уйти?
С утробным рыком обнимаю графиню и начинаю целовать упругие груди под её довольный хохот. Никого я отпускать не собираюсь.
Глава 14
Март 1765 года, Санкт-Петербург, Российская империя.
— Не надо постоянно гнуть спину и смотреть на меня, будто я чудо невиданное, — с усмешкой говорю купцу, — Лучше присаживайтесь и угощайтесь чаем с вареньем. Их сейчас принесут. Разговор у нас предстоит непростой.
Вижу, что я угадал с поведением Сёмужникова. Он как-то сразу приосанился, и ушло раздражающее подобострастие, явно наносное. Одно дело, субординация и совсем другое — показательные поклоны, а то и падение на колени. Всё-таки поморы не обычные мужики, а целое явление для России. И за вольности они держались всегда, отстаивая их перед любыми царями. Потому и кривляния гостя сразу стали заметны.
Я взял за правило наблюдать за людьми и потом обдумывать произошедшие события. Это очень помогает определять характер собеседника. И касаемо купца сразу стали заметно некое несоответствие.
Что касается «рыжего», то есть Антона младшего, то он просто гордился происходящим. Они с Сёмужниковым прибыли позавчера и остановились в семейной усадьбе. Правда, мне пришлось объяснять причину приезда человеку Шешковского, осуществляющему надзор за семьёй. Но всё обошлось, и гостей с севера приняли в Шушарах.