Про Гессен и Брауншвейг я сам попросил ничего не говорить. Предпочитаю лично увидеть свою будущую и нынешнюю родню, составив о ней впечатление. Кое-чего мне было известно ранее от самого Панина, часть рассказал отец. Но по людям надо судить после личной встречи и оценив их дела. Эти слова Майор повторял постоянно и буквально вбил мне их в голову. Кстати, на троне Брауншвейга сейчас сидит мой родной дядя Карл — старший брат отца.

Вообще, данное семейство весьма плодовитое и живучее, что доказал Антон Ульрих. Видать, такое наследие предков. Из его восемнадцати братьев и сестёр только двое умерли в младенчестве. Да собственные дети весьма живучи, особенно если учитывать мою жизнь в заключении.

Ещё одна из сестёр отца замужем за Фридрихом Прусским и действующая королева. А вторая жена младшего брата этого весьма беспокойного правителя. Более того, младший брат отца Фердинанд — известный прусский полководец и дослужился до генерал-фельдмаршала.

К тому же семейство моей невесты тоже тяготеет к Пруссии. Именно поэтому я попросил поменьше про них рассказывать. Чую, что Никита Иванович окончательно хочет перетянуть меня на сторону Берлина.

Совсем неожиданно граф рассказал о «Северном аккорде»[1], объяснив причины, на которые он и Екатерина опирались в своём решении. Мне понравилось, что Панин посчитал меня не глупым и наивным учеником, а уже более знающим человеком. У нас произошёл самый настоящий экзамен, где наставник внимательно выслушал мои доводы.

Мне понравился сам прожект, но были совершенно непонятны некоторые побуждения его создателей. Всё-таки Майор рассказывал немало об истории России, её врагах и некоторых войнах. Всех подробностей я не знаю, но многое помню.

— Англичане вернулись к своему обычному нейтралитету, победив в войне. Я понимаю, что России нужен новый торговый договор с ними, который вы сейчас обсуждаете. Только с чего вы решили, что Лондон будет оплачивать содержание нового альянса? — задаю вопрос, хорошо обдумав слова собеседника, — Мне не хватает многих знаний, но в Швеции сильно влияние Франции. Пруссия тяготеет к Англии, но почти самостоятельна в своих решениях. А ещё Фридриху нужны польские земли. Впрочем, как и России. А нам придётся воевать с османами, что сейчас невыгодно не только австрийцам, но и англичанам. Может, сначала разделить Польшу, а затем собрать все силы и ударить по Порте? Ведь тогда нас поддержит Вена, получив свой кусок давно мёртвого государства, преследующего православных.

Тут Панин растерял и аж взвился на единственном кресле, находящемся в каюте. Мы с испанцем занимали обычные стулья, покрытие одеялами.