— Более ни с кем не говори, даже с родственниками. Непонятно, какие люди начнут теперь вокруг них крутиться. Проговорятся они по неразумению и простоте душевной. Сие не тайна великая, но лишним людям лучше об этом не знать. Купца тоже предупреди, дабы помалкивал. А лучше всего езжай за ним в Архангельск и привози сюда. Я сам всё объясню.

— Не получится! Матвей Силантьевич в Пинеге и прибудет только через две недели, — расстроено воскликнул Рыжий.

— Ничего страшного. Занимайся своими делами и жди купца. А далее сам или вместе с ним приезжайте в столицу. Если охрана не пропустит ко мне, то оставишь весточку в особняке графа Панина или князя Щербатова. Разберёшься уже на месте. Если иных вопросов нет, то мне пора. А то сопровождающий уже совсем замёрз и лишние подозрения ни к чему.

Второе событие, всколыхнувшее Холмогоры, произошло на следующий день. Я снова находился в усадьбе, куда прибыл гонец от Панина, попросивший меня проследовать за ним. Удивительно, но идти пришлось не в терем коменданта, а одно из подворий, расположенных в полуверсте. Оно тоже было немалым, но сильно уступало размаху жилища Вындомского. А новостью оказалось то, что мы временно перебираемся сюда жить.

Никита Иванович и Михаил Михайлович, оба крайне чем-то недовольные, пили чай с вареньем, расположившись в небольшой гостиной. Испанец отсутствовал, но он обычно составлял нам компанию за обедом и ужином.

— Представляете, Иоанн Антонович. А нашего гостеприимного Максима Дмитриевича арестовали, — с ходу огорошил меня граф, — Оказалось, что старшина обоза совсем не прост. Да и секретарь губернатора не просто так отъезжал в Архангельск. С ним прибыл ещё и представитель губернской экспедиции.

Я сначала впал в ступор, не разобравшись в словах Панина. Только затем осознал, что речь о Вындомском. На душе аж потеплело, и я почувствовал, что мои щёки покраснели. Надеюсь, наставники примут это за последствия перехода с мороза в тепло. И мне точно не жалко этого подлеца. Хоть и нехорошо радоваться чужим несчастьям.

— Поэтому нам придётся временно проживать в этой халупе, — продолжил граф, обведя рукой не такую уж и малую гостиную, — А вообще, всё справедливо. Слишком многие чиновники и офицеры стали себе позволять лишнее ещё в правление Елизаветы Петровны. При Петре Фёдоровиче они совершенно обнаглели и стали грести мзду как не в себя. Вот Шешковский и поставит их на место. Что весьма полезно для державы. Ещё и здесь рядом с Архангельском. Ведь это второй по величине порт страны, где расположена таможня и немало людей Тайной экспедиции. Если не здесь, то где наводить порядок?