Рыжий, как я решил звать родственника, оказался один. Молодец, точно готовился к моему приходу. Его дальнейшие слова мне тоже понравились.

— Я очень люблю свою семью, Иван Антонович. Но и место своё знаю, ибо вы-то с братьями и сёстрами царских кровей. Пусть они и привыкли к простой жизни и не видят разницы, считая всех роднёй, но оно далеко не так. Прошу об одном — дозвольте находиться рядом с ними и приносить пользу. Заодно я наставлю младших, дабы вели себя иначе, особливо в столице и при чужих людях. Нельзя нам показывать, что Лиза или Пётр считают их ровней. Опасно это, ведь плохие люди могут воспользоваться неопытностью и простотой родичей.

Какой рассудительный молодой человек! То, о чём я только начала думать, он смог выразить несколькими словами. Ещё и верен своим, что доказал делом, которое лучше любых слов.

— Воля ваша, но мне бы хоть лакеем али иным слугой. Лишь бы поближе к своим, — продолжил Антон, — Работы я не боюсь. А кроме всего прочего, ещё и поднаторел в делах торговых. Могу и счетоводу или иному управляющему помочь.

Это он верно рассуждает. Лучше работать головой, чем руками. Заодно и мне пора вспомнить, для чего нужна эта самая голова. Поднимаю руку, пресекая новые слова братца, и задумываюсь. К своему стыду, я особо не думал, как мои родственники будут жить далее. За единокровных братьев и сестёр можно не переживать. А вот к детям служанок могут отнестись весьма жестоко. Благо если оставят при высокородных родичах. А ведь они также не приспособлены к иной жизни, разве что умеют ухаживать за скотиной, заниматься огородом и рукоделием. Но подобным в России никого не удивишь.

Оглядываю ещё раз лавку и хочу стукнуть себя по лбу из-за собственной недалёкости. Ведь у меня достаточно большой запас знаний, пусть и всплывающий сам по себе. Да те же докторские трубки — это возможность заработать. Хотя, нет. Докторов в России раз-два и обчёлся, да и подобную деревяшку сделает любой столяр. Только сама мысль дельная.

— Пока не спеши. Закончи дела у своего купца и получи расчёт. Я сейчас тебе деньгами особо помочь не могу, но постараюсь. Ты сам сможешь добраться до столицы? Документы тебе выправят, — после кивка Рыжего, продолжаю, — А лучше всего уговори Сёмужникова открыть лавку в Санкт-Петербурге. Судя по основательности, он человек справный и должен понять выгоду. Особенно, учитывая, что мы более не в опале.

Глаза Антона затуманились от мыслей. Тот явно обдумывал предстоящий разговор и дальнейшие действия. Щёлкаю у него перед носом и возвращаю в наш мир.