Портал искрил и плевался какой-то пылью, и пролезть за своим яйцом несчастная мать не могла. Пока не могла…

— Ты испытывать моё терпение? — наконец, подал голос вельможа.

— Господин советник Джау Лонг, — негромко произнёс я, сунул амулет за пазуху и стал набирать рядом с собой мелкие острые камушки, — Не хотите поговорить?

В тишине пещеры мой голос звучал во всех уголках. Советник замолчал, но я слышал его сосредоточенное сопение. Он не мог меня понять, а я специально начал разговор так, чтобы запутать его.

Послушник, как я и ожидал, уже успокоился. Более того, он явно осмелел после того, как увидел мою татуировку, и в его шальных глазах появились искорки хитрости. Эх, глупец, эти искорки убьют тебя.

Вот послушник подобрал ноги, сел на корточки, тихонечко приблизил руку к светящемуся рядом камушку-фонарику. При этом он знал, что я всё вижу, но теперь был уверен, что лиственник ничего ему не сделает.

Вот же свет смердящий. Человеческая глупость воистину не знает границ — при нём погиб весь его отряд, причём явно по моей вине, но он будто об этом забыл. Странная эта вера в Древо… Все вокруг прекрасно знают, что должны делать лиственники, но никто не хочет сам верить в Лиственный Свет.

Послушник аккуратно сгрёб фонарик самыми кончиками пальцев, стараясь, чтобы тень от них не закрыла его. Рядом заурчали гарпии, юнец замер на мгновение, потом тихонько сдвинулся, собираясь подобрать и второй фонарик. Если всё делать осторожно, так можно и выбраться из пещеры.

Свистнувший камень пришёлся ему прямо в ухо и, вскрикнув от боли, тот выронил камушки. На мгновение он попал в тень, и совсем рядом с его головой клацнула пастью гарпия, но не успела достать.

— Ты… уф-ф… что делать⁈ — послушник вытаращил на меня глаза.

Вместо ответа я прицелился и запустил второй камушек. Хороший такой, плоский, с острыми гранями.

— О-о-о!

Снаряд полоснул бедняге прямо по темечку, брызнула кровь, и тот едва не упал в обморок, заваливаясь в тень. Он схватился за голову, успел опереться на другую руку, и тут же с диким криком отдёрнул её.

— А-А-А!!! — он разразился руганью на лучевийском, когда у него и стопа так же попала в темноту.

Кажется, какая-то гарпия успела отхряпать ему пальцы и на руке, и на ноге. Ну, что ж, до некоторых глупцов доходит только так.

Я выбрал ещё один отличный камушек. Прилетит, мало не покажется…

Послушник в слезах замер, не сводя с меня взгляда и сжимая окровавленные конечности. Я улыбнулся ему самой милой улыбкой, на которую был способен северный варвар и, будто ребёнок, даже похвалился, какие у меня красивые камушки. И что их ещё очень много…