Но размышлять я никогда не прекращал…

Помнится, в одной Обители Света, в глубоком подземелье мне встретился очень древний трактат. Настолько древний, что он стоял на особой колонне, защищённый стеклянным куполом, и к нему было запрещено прикасаться.

О-о-о, запреты тогда были для меня, как красная тряпка для быка. Тем более, Аура Тьмы не смогла поглотить книгу.

Этот древний язык я немного знал, он встречался мне уже в писаниях. Открыт трактат был на странице, где описывался Кулон Света. Можно сказать, это то же самое, что и Червонное Кольцо, только для Адептов Света. Чтобы его получить, они должны были совершить настоящий молитвенный подвиг, ну и всё в таком роде.

Мне, как Тёмному Жрецу, было неинтересно, сколько дней надо поститься, сколько жизней надо спасти, сколько золота надо пожертвовать, и сколько месяцев неустанно молиться…

Я уже видел эти Кулоны с особым символом «Н», когда убивал Жриц Света, но прикасаться к артефактам не рисковал… После смерти владельца они обычно через несколько десятков лет разрушались.

Так вот, в том трактате кратко объяснялось, что «Н» — это Небо. Кулон Света давал владельцу прямую связь с этим богом.

С удовольствием слушая рыдания смотрителя, я тогда разбил стекло, желая посмотреть, что ещё может быть в трактате. Ведь фолиант был толстым, а открыт всего один разворот.

Меня очень заинтересовали слова «прямая связь с Отцом-Небом». Ведь в наших тёмных трактатах ничего не было про какую-то там связь, а лишь описывалось, что Червонное Кольцо — награда от Бездны за верность и службу.

Страница рассыпалась, когда я попытался осторожно перелистнуть, но глаза успели запечатлеть следующую. И там было про Бездну и Червонное Кольцо, и уже знакомый рецепт из жертвоприношений для его получения… Что символ на печати — это «Б», первая буква имени Бездна.

Я так не ожидал увидеть в том трактате текст про Мать-Бездну, что растерянно выдохнул, и этого оказалось достаточно. Древнее писание рассыпалось в пыль, и её тут же унесло от моего вздоха…

* * *

И вот теперь я смотрел совсем на другую букву, украшающую верхушку перстня. Вот то же самое Червонное Кольцо, но символ совсем другой. Ни «Н», ни до боли знакомая «Б»…

Чертыхнувшись, я сразу же глянул на топорище. Мои глаза забегали по символам на древесине, а потом округлились от удивления.

Ну, так и есть, это первая буква имени Хморока на древне-бросском языке. Пусть это будет «Х».

— Светлой воды мне за шиворот… — пробормотал я, задумчиво уставившись в камни напротив.

Тугие варварские мозги с непривычки чуть ли не заскрипели, и я даже забыл, что лежу под завалами, снова представив себя в своей цитадели. В той самой, до боли привычной рабочей библиотеке, где проводил в размышлениях и в занятиях магией целые дни.