Я не плыл в пустоте. Не слышал никаких звуков. Придавленный, я просто лежал на животе и давил щекой гравий на тропе. Ни вздохнуть, ни шею повернуть.

Мне катастрофически не хватало воздуха, и было ясно, что с этим надо что-то делать. Я пошевелился, пытаясь сдвинуть массу плоти и земли, давящую на меня. Тяжело…

Вот что мне нравилось в бросской комплекции, так это то, что такого громилу нелегко убить. Это ведь надо постараться, и уж точно уродливому мутанту это не удалось.

Мои ноги и одна рука, по счастью, были свободны. Но по ним бегали какие-то крохотные лапки. Я не страдал паническим страхом перед членистоногими, но если это происходит в магическом лесу, кишащей магической мерзостью, то приятного мало.

Свет смердящий… Точнее, Тьма! Я, Всеволод Десятый, призываю тебя.

Кровь вспыхнула яростью, наполняя мышцы животной силой, и я, с рёвом выдавливая крохи воздуха из лёгких, упёрся руками. Грунт надо мной поддался, зашуршала земля, вся масса поехала куда-то вбок, и спустя мгновение я смог выскользнуть в сторону.

— О-о-о! — я простонал, пытаясь одновременно и откашлять землю, и вдохнуть полной грудью.

Откинувшись на спину, я уставился на кроны деревьев, где через листву брезжил слабый свет… Как бывший Маг Тьмы, я разбирался в знамениях дня, и ощущал, что дело движется уже к вечеру.

А ведь на закате меня ждут. И это значит, что надо спешить.

По лицу пробежал кто-то, мелькнули паучьи лапки. Ещё один заполз на ладонь и я, повинуясь злости, стиснул кулак… Тварь даже не взвизгнула, превратившись в мокрое место, но её сородичи сразу же разбежались.

Встав, я огляделся.

Обезглавленного монстра наполовину засыпало землёй, на свободе валялся только его хвост. Из-за него проход под холм почти завалило, но, в принципе, если поработать руками, пробраться можно.

Вокруг были пауки. Небольшие, всего-то размером с мышь, но их тут насчитывалось… да чтоб вас, тугие варварские мозги… в общем, столько, что не посчитаешь. Они кишели, перебегая по стволам деревьев и по траве.

Увидев, что я очнулся, лапчатая гадость образовала вокруг меня зону отчуждения. А вот монстр был облеплен весь, и его хвост уже блестел в паутине, протянувшейся к деревьям сверху. К тем самым коконам, которые покачивались там, среди веток.

Несколько нитей тянулись и от меня. Скривившись, я смахнул паутину, потом с раздражением раздавил пару самых смелых пауков под ногами.

Видимо, эта ящероподобная тварь и паучье семейство жили за счёт эдакого симбиоза. Тварь ловила крупную добычу, а пауки занимались её переработкой в пищеварительный бульончик.