— Ты прощён, сын, — твёрдо произнёс он, положил руку ему на плечо и сжал его. Лишние слова тут ни к чему. Наконец-то, у него появился настоящий наследник, а не тот разгильдяй, с ветром в голове, чтобы до этого. — Я тоже должен тебе кое-что сказать…

Сабуров ненадолго замолчал. Решение посвятить сына в подробности готовящегося заговора только пришло ему в голову. Слишком уж он расчувствовался, что вроде бы было ему и не свойственно.

— Грядут очень большие дела, Алексей, после которых наш род наконец-то займёт своё истинное положение.

Все-таки в последний момент князь сдержался и ограничился общими словами. Осторожность взяла верх. Ведь, слишком многое поставлено на карту. После неудавшегося заговора обычно искореняли весь род, разрушали розовую усадьбу, землю там посыпали солью, а родовое имя вычеркивали их всех имперских книг. Страшное наказание. Ты предаешь не только будущие поколения, но и всё прошлые.

— Раз ты усвоил свою ошибку, Алексей, должен усвоить и следующее. Как будущий князь Сабуров, ты должен всегда доводить свои дела до конца. Любые — мелкие, большие, важные или неважные. Ничего не должно оставаться незавершённым. Это есть альфа и омега могущества нашего рода.

— Да, отец.

Парень уважительно кивнул.

— Только к чему ты это мне говоришь?

Алексей недоуменно развёл руками. Не понимал все-таки о шла речь. О каком деле он мог забыть? Что такого важного?

— Не забыл ещё фамилию Мирский?

При звуке этой фамилии парень тут же вскинул голову и впился в отца глазами. Сразу было видно, что ничего не забыл. Очень хорошо помнил.

— Не забыл, отец. Очень хорошо помню, — непроизвольно щелкнул зубами при это, словно пёс при виде висевшей рядом кости с куском мяса. — Это из-за него все случилось. Из-за этого уро…

Кажется, впервые за всё время разговора парень показал свое настоящее лицо. Его черты на мгновение жутко исказились, но тут же всё вернулось к норме. Будто бы ничего и не было.

— Прости, отец, — Алексей поник головой, извиняясь за внезапную вспышку гнева. — Я прекрасного помню этого человека. Мне не нужно было, вообще, связываться с этим безродным и не позорить свой род.

Одобрительно кашлянув, Сабуров-старший поднял руку.

— Хорошо, что держись себя в руках. Это очень хорошо, сын… У меня есть для тебя подарок. В нашем подвале, надеюсь ты помнишь это место, тебя ждёт Мирский. Его судьба теперь в твоих руках. И мне будет очень интересно, что ты сделаешь.

У парня на какое-то мгновение сверкнула в глазах радость. Руки с силой вцепились в фигурные подлокотники кресел, но тут же всё прошло. Вновь перед отцом сидел совершенно спокойный сын.