Когда же больше не осталось сил, то просто застыл. Все тело ломило от боли, стуки по дереву не прошли бесследно. Рафи просто вытянулся во весь рост, закрыл глаза и затих.

Сколько он так лежал, не понятно. Здесь, в полной темноте и тишине, время ощущалось совсем иначе. В какой-то момент оно начинало тянуться, словно резина, становясь бесконечным. Или, напротив, казалось, что время пустилось вскачь, и мимо тебя проносились секунды, минуты, часы и даже дни. Мозгу просто не за что было зацепиться, никаких ориентиров не осталось.

Может прошел час, может два дня, а может минули лишь неполных десять минут. Вполне могло быть и такое. Все равно не проверишь.

Он то дремал, то бодрствовал. Закрывал глаза, открывал. Снова закрывал и открывал. Ничего не менялось. Перед глазами стояла сплошная темень.

Просто лежал и дышал, лежал и дышал. Дыхание, пожалуй, сейчас оставалось единственной осязаемой ниточкой, которая была реальна и держала его здесь. Рафи чувствовал, как спертый воздух проходит через горло, наполняет легкие, а потом покидает их и выходит через горло. Этот ритм — вдох, потом выдох, вдох, потом выдох — стал его частью.

От эмоций, что не так давно будоражили его кровь, не осталось и следа. Они ушли, как вода в песок. Голова была совершенно пуста, ни единой мысли, ни единого образа, ни одной картинки. Везде лишь пустота и чернильная темнота.

Рафи просто ждал — смерти, жизни, удушью от недостатка воздуха, воскрешения. Не имело никакого значения. Он был готов ко всему.

* * *

Воронин поднял голову к небу. Расцветало, а значит, пора раскапывать. Это хорошо, а у него в термосе и чай уже закончился. За ночь больше двух литров выпил вприкуску с ароматными баранками.

— … Хм… Зная я таких, как ты. Уж поверь моему опыту, насмотрелся, — пробормотал мужчина, хватаясь за лопату. Предстояло хорошо поработать, чтобы откопать гроб. — Одаренные… Соль земли… Графы, бароны… Денег куры не клюют…

Работал шустро, благо земля рыхлая, не успела осесть. Комья только в сторону летали и дождем сыпались обратно.

— … А в головы всяким хламом забиты. Пока вам голову не прочистить, ничего толкового не выйдет.

Воронин давно уже заметил, что от проблем с башкой у магов лучше всего помогает сильная встряска. И чем сильнее встряска, тем больше эффект неожиданности. Он уже что-то подобное проворачивал с некоторыми дворянскими отпрысками, и те остались весьма довольны результатом. Прежде с магией едва управлялись, а после так пошло, что держись.

— Посмотрим, посмотрим, что с этим… Хорошо, если получится, а вдруг нет…