Были ведь и неудачи. С одним дворянчиком совсем плохо получилось. Воронин его сонной травой опоил и вывез в глухой лес, где на сотни верст ни единой души не было. Думал, что такое приключение даст ему сильный толчок для развития, выбьет из его головы весь мусор, заставит себя почувствовать настоящим первопроходцем, покорителем природы. Ведь, очень сильные эмоции залог магической силы. Не умеющий ими управлять, не справиться и с магическим источником.

— Может и сломался… Больно уж кричал жутко. И кто мне тогда заплатит?

Откинул в сторону очередной земляной ком, как лопата воткнулась в дерево. Похоже, докопался.

— А вот и крышка. Эй, живой там?

Начал сдвигать крышку, но остановился. Взгляд за одну странность зацепился: на боковине какие-то непонятные глубокие царапины заметил. Словно кто-то изнутри здоровенными когтями все дерево исполосовал.

— Вроде целой крышка была. Когда покупал, ничего такого не заметил.

Резко откинул крышку, и едва не отпрянул. Изнутри все дерево, действительно, было расцарапано. Канавы были такие, что пальцы в глубину заходили.

— Черт, как настоящий мертвяк!

Парень внутри, вылитый покойник. Бледный, густо покрытый синяками, царапинами.

— Жив? — спросил Воронин, но ответа так и не услышал. — Подожди-ка, он спит? Силен, чертяка. Я думал, тут обделается, а он себе дрыхнет.

Тот вроде и похрапывал даже. И, правда, стальные яйца.

— Вставай! Новый день уже наступил! Забыл про дуэль? Так все проспишь!

Наконец, лежащий открыл глаза.

— Живой? — Воронин внимательно вглядывался в совершенно пустые глаза парня. Смотрел и провалился, словно в пропасть заглядывал. — Чего молчишь? Нормально все?

Тот так же молча сел, потом неторопливо встал. По-прежнему, не говоря ни слова, схватился за край могил и одним махом выскочил наружу.

— Который час? — тихо спросил парень без какого-либо намека на волнение или может быть страх.

— Почти пять часов утра, — мужчина щелкнул крышкой часов, подвешенных на золотой цепочке. — Почти девять часов до вашей дуэли, если я не ошибаюсь… И вижу, что ваш мандраж весь вышел, словно его и не было. Скажу больше, вы словно совсем другой человек.

И Воронин совсем не лукавил, говоря такое. Ведь, его вполне можно было заподозрить в желании потрафить самолюбию своего клиента. Мол, как вы изменились, теперь точно всех своих врагов одной левой завалите. Тут даже близко такого не было. Перед ним точно был другой человек, как бы это странно не звучало. Вместо дерганого паренька, которого беспокоила будущая дуэль, из могилы вылез даже не человек, а нечто холодное, равнодушное, словно бы и не живое. Пожалуй, именно это и ощущалось сейчас больше всего.