Счастливо рассмеявшись, Лиза хлопнула в ладоши, и начала свой рассказ о сегодняшнем довольно милом происшествии с ее классной дамой. История, и правда, была довольно веселой и заслуживала, как минимум, улыбки. Но у Рафи даже выдавить ее из себя не удавалось. Слишком уже погано на душе было.

— … Раздался треск и она разом покраснела, схватилась за платье… Ты слушаешь меня?

Парень кивнул. Мол, все прекрасно слышит. Сам же продолжал думать о своих делах, которые даже не думали заканчиваться. Скорее они лишь множились и множились. А он и к этим-то подступиться не знает как.

— Рафи?

Парень вновь кивнул, делая это на привычном «автомате». Он, и правда, не знал, за что хвататься и как делать. Все слишком навалилось. Сначала, эта глупая дуэль, которая ему нужна была, как телеге пятой колеса. Да предложи ему противник примирение, он бы с радостью на это пошел. Сейчас же ему грозит новая дуэль с окончательно взбесившимся здоровяком. И к бабушке не ходи, граф Воротынский теперь из кожи вон лезть будет, чтобы все обставить наиболее показательно и оскорбительнее.

— Черт побери, этого урода, — пробурчал Рафи себе под нос.

А был еще князь Голицын со своим просто безумным предложением, которое и принять не получалось, и отказаться нельзя было. Он срочно должен был принять какое-то решение — либо каким-то образом достать еще денег, либо смотреть, как умирает его сестра. А как при всем при этом веселиться — улыбаться и смеяться⁈

— Рафи, ты настоящий бука! Ты так ни разу и не улыбнулся! Все время, пока мы шли от гимназии и до дома, ты не проронили ни слова.

При этих словах он удивленно поднял голову, оглядываясь по сторонам. Оказалось, они уже пришли на место, а он совсем это и не заметил. Словно в тумане шел.

— Извини, Лиза, — Рафи виновато качнул головой. — Обещаю, что исправлюсь. С меня небольшой сюрприз.

У той тут же загорелись глаза. С лица исчез всякий намек на обиду, словно бы ничего и не было.

— Сюрприз? Какой? — Лиза оценивающе посмотрела на него. — Рафи?

Теперь точно не отстанет, вздохнул парень. Такой, вообще, лучше ничего не обещать. Рафи уже начал пятиться от крыльца, как дверь дома Мирских внезапно открылась и на его пороге показался сам хозяин, Мирский Михаил Павлович, собственной персоной.

— Елизавета! — раздался его строгий голос, от которого Лиза мигом поскучнела. — Заходи в дом! Что это за кривляния такие на улице? Разве такое поведение приличествует юной леди?

Шеф столичных жандармов определенно был не в духе. Смотрел на них так, что хотелось, как и его подчиненный, вытянуться во весь фрунт и застыть без единого движения. Настоящий гроза, внушающий страх одним своим видом.