И всё же никогда прежде я не хотел чего-то так сильно, как сейчас – поднять сына на руки, вдохнуть его запах, услышать, как он дышит. Я никому не говорил, но каждая моя мысль крутилась вокруг этого малыша. Перед сном они приносили странное, мучительное чувство: покой, будто он способен очистить меня, и в то же время – ужасающий страх.

Я боялся, что он привяжется ко мне. Я тянулся к нему каждой клеткой, но в ту же секунду отталкивал, потому что знал: если однажды исчезну, он не должен будет чувствовать пустоту.

Войдя в дом после переговоров по поводу Нью-Йоркской поставки с боссами, поставил ключи от машины на тумбу в прихожей и остановился, подняв взгляд и неожиданно найдя ими светло-карие глаза.

И, господи, я бы соврал, если бы сказал, что в своем бежевом платье до щиколоток и с собранными в пучок волосами с едва заметным бордовым отливом она не выглядела привлекательно.

В Ариэлле было утонченное, почти старомодное чувство стиля – тихое, но цепляющее взгляд. Она никогда не носила брюк, кроме единственного раза, когда вынужденно надела шорты Андреа. Редко позволяла себе платья выше колен или глубокие вырезы. Я всё чаще ловил себя на том, что замечаю мелочи: как она умела закалывать волосы заколками, как иногда заплетала их в аккуратную косу, и как неизменно на груди блестела серебряная роза – кулон, который будто говорил о ней больше, чем любые слова.

Это было впервые, когда она встретила меня после работы.

– Привет, – расправив плечи, она решительно поздоровалась, на что я лишь молчаливо кивнул. – Мари накрыла на стол, поужинаем?

Сняв пальто, сделал шаг в ее сторону, и я видел, как ее тело напряглось под натиском моего взгляда.

– Спасибо, не голоден, – я прищурился, вглядываясь в неё, пытаясь уловить скрытый смысл, а затем, пожелав приятного аппетита, направился к себе. Но не успел сделать и двух шагов, как ее длинные, на первый взгляд хрупкие пальцы сомкнулись вокруг моей кисти и остановили.

– Почему ты избегаешь Кассиана? – вопрос был поставлен в лоб. Без лишних пауз и раздумий. Я любил такое, но сейчас был немного раздражен. —

.

Ее слова прошлись колючим током по венам. Но как ей объяснить все?

Мой обжигающий взгляд скользнул вниз – туда, где её пальцы всё ещё касались моей кожи. Ариэлла последовала моему примеру, но спустя мгновение наши взгляды столкнулись. В её глазах не было привычного страха. Она словно забыла, кто я, и теперь пыталась убедить меня хоть в чём-то, глядя прямо и без тени сомнения.

Я не знал, радоваться этому или злиться. В клане даже мужчины не решались вот так резко коснуться меня – хорошо знали, чем может закончиться подобная дерзость. А она… словно даже не понимала, насколько опасно то, что она только что сделала.