Это были красные вьющиеся розы, которыми был украшен зал во время нашей с Габриэлем церемонии. Их аромат заполнил мои легкие – сладкий, пряный, едва терпкий.

Часть кустов, не зная меры, поднялась по стенам дома, оплетая их живой, цветущей мозаикой. Стебли, усыпанные бутонами, вились на второй этаж, будто розы пытались заглянуть в окна. Особенно густо они обвивали южную сторону особняка, превращая ее в цветущий рай, за которым затаилась сама весна.

Я увидела Габриэль из-за угла, стоящего у фонтана и смотрящего вдаль, на горы, усыпанные елями. Впервые он был в обычных штанах и футболке в дневное время суток, а не в привычном костюме тройке. Но черному цвету он не изменял.

Кассиан сидел у него на руках в осеннем комбинезоне серого оттенка. Габриэль гулял с сыном по саду, что-то тихо рассказывая. Губы потянулись вверх от увиденной картины. Габриэль впервые самовольно проводил время с Кассианом, и это был огромный прорыв для него.

Я все еще не понимала, почему он так отстранялся от взаимодействий с сыном. Может дело было в его матери? Я ничего не знала о покойной матери Кассиана. Кем была эта женщина? Как она выглядела? Любил ли ее Габриэль?

В конце концов, любопытство взяло вверх. Я очень хотела узнать, о чем говорил Габриэль, поэтому вышла из угла и пошла к ним, пытаясь идти тихо.

– Твой дедушка отдал бы все, чтобы увидеть тебя, Кассиан, – услышала я, подойдя ближе, – И…, – тут он осекся, увидев меня.

Они повернулись ко мне и Кассиан тут же заулыбался, как только я обратилась к нему. Габриэль же, в отличие от сына, был, как и всегда угрюмым, словно туча.

– Выспалась? – он сел на скамью, и я решила расположиться рядом.

Кассиан играл с пальцами отца, пока я разглядывала медленно падающие лепестки роз.

– Да, больше ничего не снилось, – пальцы начали теребить кардиган, когда воспоминания о вчерашнем сне снова врезались в память, – Спасибо, что остался.

Габриэль лишь поджал губы и кивнул в ответ на благодарность.

– После завтрака я поеду в клуб, – решил он поменять тему, – Нейт – так назвал Эдуардо ублюдка. Будем заставлять его говорить.

Я сглотнула ком в горле, прежде чем ответить:

– Ты думаешь, она не с ним?

– Я вовсе думаю, что она не в городе, – сошлись его брови на переносице. Кассиан продолжал играть с его пальцами и даже умудрился посасывать большой, что вызвало улыбку. – До того, как начать поиск, я приказал выискать каждый клуб и притон. Ни в одном из них не была обнаружена такая, как Лаура.

– Целый год прошел, Габриэль, – я наклонилась, уперев локти в колена и сжав волосы, – Ни полиция, ни адвокат. Никто не помог мне найти ее. Порой я думаю, что слишком поздно, что я потеряла ее навсегда, но мое сердце…оно чувствует, что Лаура жива.