— Сейчас мы с вами проведем тайное голосование. Если большинство голосов перевесит за смену старосты, то будем искать достойную замену. Я раздаю листочки, всем одинаковые. Пишем: плюс — за смену старосты, либо минус, если хотите, чтобы Даниил остался.

Елена Викторовна проходит по рядам и раздает листочки. Кладет передо мной и Диной, и я утыкаюсь в него. Ручка сначала зависает в воздухе, а потом быстро рисует значок, и я переворачиваю листок.

Учитель почти сразу собирает листки в том же порядке, что и раздавала.

— Сидим тихо, я подведу итоги, — говорит она и садится за свой стол.

Я утыкаюсь в тетрадь и рисую линии на полях. Что же, посмотрим, как сильно упал его авторитет после того, как он заступался за лузера, как заставлял таких же, как он, прекратить травлю. Не слышу разговоры с задней парты, и в целом в классе странная тишина.

— И так, ребята, — говорит Елена Викторовна и поднимается со стула.

Я внимательно слежу за ней, внутри от волнения все превращается в камень.

— Из двадцати человек в классе против смены старосты двадцать человек, — улыбается учитель. — Единогласно.

Блин… Теперь он будет знать, что я тоже против. Почему же Полина отступила? И почему все против? Глупые, думают, он изменился.

— А от кого запрос-то был? — спрашивает Даня. — Я без претензий, просто может человек хочет быть старостой, я уступлю.

Я фыркаю. Уступит, как же.

— Это не важно, Даниил, — говорит учитель. — Уже не имеет значения.

И тут происходит неожиданное. Дина подскакивает рядом со мной, тыкает пальцем в Полину.

— Это Полина! — уверенно, без страха, говорит Дина. — Это она хотела!

— Чего ты несешь? — пищит Полинка.

Я с удивлением смотрю на осмелевшую Дину и хочу ее успокоить. Зачем ей эти проблемы?

— Нет, послушайте, — продолжает Дина, где-то взявшая таблетку для смелости. — Мы устали от ее травли. Она ставит себя выше всех в классе, постоянно унижает тех, кто слабее.

Я невольно поворачиваюсь на задние парты, движимая общим настроением. Полинка сжалась на стуле, и только хлопает черными ресницами. Позади нее Даня ловит мой взгляд, но я быстро отворачиваюсь.

— Я слышала, как она настраивала девочек из параллельного класса против Леры, — снова говорит Дина. — Хотя Даня запретил травлю в школе. И я считаю, что нужны другие методы воздействия на нее. Потому что мы все устали от постоянного буллинга!

— Полина, это правда? — спрашивает учитель.

А то скажет она. Так и получается — молчит, потому что признаться боится.

— В последнее время изменились все, — уже тише говорит Дина. — Даня, Володя, Дима. Все относятся нормально, но Полина никак не успокоится. И мы хотим защиту от нее.