Сердце бешено колотится в груди. Зачем он это делает? Он же так боялся рассказать правду даже друзьям, а теперь говорит всей школе.
— Благодаря одной неравнодушной семье моя жизнь начала меняться. Благодаря неравнодушным родителям моих одноклассников мне удается избежать приюта. И я понял, что просить и принимать помощь не стыдно. — Даня снова замолкает, откашливается и продолжает. — Я хочу сказать всем присутствующим: оглядитесь вокруг себя, вдруг среди ваших друзей, знакомых или одноклассников есть те, кто нуждается в помощи. Не оставляйте их, помогите им выжить в этом мире. Вы сделаете лучше и им, и себе. Не оставайтесь равнодушными к чужой беде. Если не можете помочь сами, расскажите учителям, родителям или отправьте письмо на нашу анонимную почту. Это уже помощь.
Я слушаю и впитываю каждое его слово и понимаю, что все-таки он изменился. Стал другим. Лучше, сильнее и честнее. И ему идет это лицо. Настоящее лицо.
— Моему классу остался последний год учебы, и его мы потратим на создание комитета помощи детям в трудной ситуации. Прошу родителей поддержать морально и материально. Это не официально, участвовать может каждый желающий. Все деньги будут уходить семьям, которые нуждаются в этом. Надеюсь, что после нашего выпуска дело не остановится.
По залу несется согласие от учителей и родителей. Даня молчит и кивает им.
— И еще, — говорит он и находит мои глаза. — Лер, спасибо тебе. Прости, если я не оправдал твои ожидания.
Я вжимаюсь в спинку стула, пытаясь раствориться в нем, чтобы на меня не обращали внимания.
— Ты и твоя семья вытащили меня из ада. Ты изменила меня, — продолжает он и смотрит, не отрываясь на меня. — Я люблю тебя, Лер.
Вовка рядом хихикает, а я застываю на стуле и не могу пошевелиться. Только судорожно бегаю глазами по рядам, по взглядам, устремленным в мою сторону. Может, мне послышалось? Тогда почему они так смотрят?
Даня кладет микрофон, сбегает по ступенькам и идет в мою сторону. А я все еще не дышу и не двигаюсь. Он подходит и протягивает руку. Смотрит на меня с улыбкой и ждет.
— Кажется, тебе надо встать, — подсказывает Вовка и подталкивает меня.
Нерешительно я вкладываю ладонь в его руку, он помогает мне подняться и сразу притягивает к себе. Секунду смотрит на меня и целует. А я все еще не верю, что это происходит со мной, на глазах у всех.
Свист и аплодисменты, доносящиеся до моих ушей, сначала сковывают меня еще больше, а потом я расслабляюсь. Обнимаю Даню за шею и отвечаю на поцелуй.
Глава № 38 Даниил
Это было невероятно сложно для меня, но я это сделал. Сначала слова шли тяжело, но потом понял, что оно и к лучшему. Долой все маски, все игры. Я хочу быть только тем, кем меня сделала Лера. И я хочу быть с ней.