Глава № 30 Даниил
Спускаюсь на берег к морю и сажусь на камни. Мое любимое место. Я часто здесь бываю в одиночестве, и мне это нравится. Я никогда не прихожу сюда с кем-то — люблю думать, вспоминать, вглядываясь в горизонт, где море сталкивается с небом. Красиво, спокойно и тихо. Здесь я могу быть собой — любым собой.
Вот я и дошел до того, чтобы срываться на людях, бросаться, как собака. Агрессия, которую я не смог выплеснуть на отца, так и сидит во мне. Щекочет нервы, зовет меня. Я же никогда не был таким, но видимо, психика больше не в состоянии выдержать того идиотизма, что происходит вокруг меня. Раньше я справлялся с гневом на тренировках. Выплескивал все, что накопилось, на мяч, гонял себя до последнего, что ноги едва ходили. А теперь у меня и спорта нет. И слишком много свободного времени, чтобы думать и копить в себе эмоции.
Лера появляется за моей спиной совершенно неожиданно. Сначала я слышу хруст щебенки, оборачиваюсь и вижу ее. Похоже, она бежала — лицо красное, дыхание очень тяжелое. Не говоря ни слова, она бросает рюкзак, мочит руки в море и умывает лицо. Я достаю бутылку с водой и протягиваю ей. Она открывает и жадно пьет, вода стекает по подбородку, пытается дышать и ртом, и носом одновременно. Я просто смотрю на ее попытки восстановить дыхание. Кивает и отдает мне почти пустую бутылку.
Я возвращаю взгляд к морю, и мы смотрим в одну сторону. Молча. Почти бесшумно.
— Отец военный, — тихо говорит она. — И мы постоянно переезжаем из города в город. Это моя шестая школа.
Я поворачиваю голову к ней и не отвечаю.
— Вечно новенькая, — хмыкает она. — Без друзей, потому что не могу позволить себе привязаться. Мы в любой момент можем сорваться с места. И если так случится… я хочу уезжать с мыслью, что ты в порядке.
От ее слов что-то сжимается внутри. Я хочу сказать, что если она уедет, то в порядке я точно не буду, но не могу. Сейчас это прозвучит фальшиво и глупо.
— Твой отец устроил моего на работу, — говорю я. — Утром он собирался. Трезвый. Даже побрился и надел чистую одежду. Я не знаю, что из этого получится, но надеюсь, что это начало перемен.
— Но почему ты… злишься? — спрашивает она и высматривает в моих глазах тот гнев, что я едва не выплеснул на нее. — Что с тобой происходит?
Я пожимаю плечами. Пожалуй, к откровениям я не готов.
— Дань, — говорит она и садится ближе. Я могу лишь хлопать глазами. — Я понимаю, что тебе тяжело сейчас. Правда понимаю, хоть никогда не была в такой ситуации. И ты не должен держать все в себе.
— Если я не буду держать в себе, ты увидишь монстра, — хмыкаю я. — А я не хочу, чтобы ты его видела.