Кидает в меня последний взгляд, разворачивается на каблуках и уходит вслед за своими друзьями. Мы остаемся вдвоем.

В классе тишина, лишь вдалеке слышны крики уходящих домой школьников. Пахнет реактивами, мелом, потом и его туалетной водой. Что-то терпкое, с ноткой бергамота и мускуса. Не сильно резкое и довольно приятное. Но непривычное для молодого парня — обычно они выбирают резкий, вонючий парфюм, чтобы перебивать запах пота.

— Что, королева лузеров, долго стоять будем? — говорит он. — Или убираться начнем?

— Ты можешь идти, я сама справлюсь, — отвечаю я и возвращаюсь к партам.

Подхватываю стул, с грохотом ставлю на парту. За спиной слышу такие же звуки и не оборачиваюсь. Делаю все на автомате: хватаю стул, переворачиваю и ставлю на парту. И так до тех пор, пока не заканчивается первый ряд. Оставлю Даню с партами, беру пробирки и подхожу к раковине.

Лучше бы он ушел! Еще это пятно на блузке — и как домой идти в таком виде? Не матери же звонить, чтобы одежду принесла. Отмывать это, конечно, бестолку, и кофты с собой у меня нет. Какой позор. В таком виде придется выйти на улицу, где наверняка будет толпа школьников.

Молча злюсь и яростно отмываю пробирки. Шумит вода, в ушах стоит гул крови, и я не слышу, как Даня подходит к раковине. Встает рядом со мной так близко, что его рука задевает рукав блузки. Хватает тряпку, сует под воду, где уже мои пальцы оттирают грязь со стеклянной стенки и нагло отодвигает мою руку. От касаний его пальцев у меня что-то сжимается внутри, и на пару секунд я перестаю дышать.

Убираю пальцы от воды и жду. Не отхожу, и мы почти прижаты друг к другу руками. Если отойду, он поймет, что я смущаюсь или сдаюсь. Ну уж нет. Но он так долго моет эту несчастную тряпку, что начинает бесить. Кажется, он делает это специально. Специально выводит меня из себя.

— Господи, чего ты ее намываешь! — не сдерживаюсь я. — Возьми новую, чистую!

— Привычка, — неожиданно говорит он, тут же захлопывает рот и отступает.

И что это было? Сболтнул лишнего? Да плевать, даже если он на самом деле не человек, а енот-полоскун.

Убираю пробирки, краем глаза наблюдая за Даней, как он тщательно моет подоконник. Странно, что не кидает свои дурацкие шуточки в мой адрес. Я думала, он остался, чтобы продолжать унижать меня, сделать это так, как умеет только он. Пока я видела лишь работу его друзей, может, по его плану, но он же не участвовал! А так хочется сказать ему все, что я о нем думаю!

Достаю половое ведро, ставлю его в раковину и набираю воду. Сейчас быстро помою пол и убегу домой. Побыстрее бы отделаться от его общества, и прошмыгнуть мимо толпы. Прижму рюкзак к себе — так будет менее заметно пятно.