— Надо решить этот вопрос как можно быстрее.

* * *

В кабинете Элизабет царил полумрак, который не могли разогнать даже дюжина свечей в тяжёлом канделябре. Их дрожащее пламя выхватывало из полутьмы то стопку карт на столе, то рукоять меча, прислонённого к стене, то суровые лица на гобеленах. Сама наследница стояла у узкого, как бойница, окна, глядя на огни крепости, раскинувшиеся внизу. Её силуэт был напряжён, как натянутая тетива лука.

Она выслушала мой доклад молча, не перебивая, не задавая вопросов. Я говорил сухо, по-военному, излагая факты: операция «Стилет», внедрённые агенты, покушение, допрос Лиры, предстоящая встреча у часовни. Когда я закончил и положил на стол обсидиановый амулет с пауком, она ещё долго молчала, лишь крепче сжимая пальцами холодный камень бойницы.

— Шпионы, — наконец произнесла она. Голос был тихим, но в нём звенела такая ледяная сталь, что, казалось, воздух в комнате стал на несколько градусов холоднее. — Враг не только у ворот. Он за одним столом с нами.

Она резко обернулась, и в свете свечей её глаза сверкнули, как два осколка синего льда.

— Мы поймаем остальных, — твёрдо сказал я. — Сегодня ночью. Лира уже готовит группу захвата. Это будет тихо и быстро.

— Поймаем, — согласилась она, медленно подходя к столу. Она коснулась кончиками пальцев амулета, но тут же отдёрнула руку, словно от ядовитого насекомого. — Мы вырежем эту опухоль. Но это не решит проблему. Сколько их ещё? Сколько таких «спящих» агентов в других городах? В столице? Сколько таких «беженок» мы приняли в других гарнизонах? Мы вытащили одну занозу, Михаил, а я боюсь, что всё тело уже заражено гангреной.

Она была права. Это была не просто диверсионная группа. Это была сеть. Паутина, опутавшая всё герцогство.

— Я не могу объявить об этом, — продолжила она, её голос стал ещё тише, но от этого только весомее. — Если я отдам приказ о поиске шпионов, что начнётся? Паника. Охота на ведьм. Каждый человек начнёт подозревать соседа. Каждый гном будет коситься на орка. Орки решат, что это заговор «цивилизованных» рас против них. Союз, который мы с таким трудом удерживаем, который существует практически на честном слове и общем страхе, рассыплется от взаимного недоверия прямо перед решающей битвой. Тёмные эльфы даже не успеют ударить по стенам. Мы сами перережем друг другу глотки.

Она говорила то, о чём я и сам думал. Один слух, один косой взгляд и боевое братство превращается в свору грызущихся псов.

— Что вы предлагаете? — спросил я, понимая, что простого решения здесь нет.

— Мы не будем объявлять об этом публично. Мы создадим отдельный тайный отряд, фактически контрразведку. Силу, которая будет действовать в тени. Выявлять и устранять. Тихо. Без суда и лишнего шума. Война не терпит сантиментов и долгих судебных разбирательств. — Она посмотрела мне прямо в глаза, и я почувствовал, как её взгляд давит на меня. — Ты, я, Лира и группа доверенных бойцов. Минимум информации для окружающих. Ни барон фон Штейн с его аристократической спесью, ни сир Гаррет с его рыцарским кодексом чести. Это будет наша война. Война в тени.