— Первого декабря, — продолжила Ермолаева, — то же самое произошло с «Новгород-2», «Выборг-7» и «Карельск-1». Все подконтрольные разломы в Северо-Западном округе перестали принимать. Все S-ранговые разломы, а их больше пятидесяти.

— Это только Северо-Запад? — спросила миссис Ховард.

— Нет. По нашим каналам связи мы получили подтверждение от Центрального округа — там три разлома из пяти перестали принимать. Урал — два из четырёх. Сибирь — один из шести. Но у нас самая высокая концентрация, и у нас изменения начались раньше. Я связываю это с близостью к «Ладоге-1».

Она надела очки обратно.

— Второго декабря мы поняли, почему разломы перестали принимать.

Она нажала кнопку. На экране появилось видео. Качественное, с ночного видения, снятое, судя по всему, с дрона. На видео был виден разлом — тёмное пятно на фоне заснеженного поля. И из этого пятна шли твари.

Искажённые формы, лишённые симметрии, с лишними конечностями, без глаз, без лиц, с ртами, полными зубов, которые не были предназначены для жевания. Мобы. Существа, которые обитали внутри разломов и которых способные зачищали при каждом входе.

Но они выходили наружу.

Видео длилось сорок секунд. За сорок секунд из разлома вышло одиннадцать существ разного размера — от мелких, размером с собаку, до крупных, с грузовик. Они шли не хаотично, а направленно, как будто знали, куда идти. К деревне на горизонте.

— «Псков-4», — сказал Ермолаева. — Второго декабря, четыре часа утра. Из разлома вышла группа мобов и направилась к ближайшему населённому пункту. Сельское поселение, триста сорок человек. К моменту прибытия нашей группы — через сорок семь минут после сигнала тревоги — двадцать три человека были мертвы. Ещё шестнадцать — ранены. Двое детей.

Она выключила видео.

— Твари были уничтожены. Разлом «Псков-4» был заблокирован временной конструкцией, но мы не знаем, надолго ли её хватит. Потому что третьего декабря — сегодня утром — то же самое произошло в «Новгороде-2». И в «Выборге-7». И в «Карельске-1». Одновременно. Четыре разлома, четыре волны мобов, четыре населённых пункта. И не одного босса.

Она закрыла третью папку.

— Разломы изменились. И не только S-ранговые. В общем, больше они не впускают. Они выпускают. Как Белые Разломы. Как в две тысячи восемнадцатом, когда Белые Разломы выбросили тварей в центре шести городов по всему миру за одни сутки. Только тогда это были единичные события, а теперь — системные. Все подконтрольные территории, все подконтрольные разломы — и всё идёт наружу.

Игнатий сидел неподвижно. Его руки по-прежнему не дрожали, но внутри всё сжалось, как будто кто-то сжал кулак вокруг его сердца.