Однако с финиковыми пальмами и на Старом Эдеме не всё было гладко. Поэтому в качестве замены нередко использовались папоротники. Говорят, какие-то чудаки даже ёлки ставили и украшали…

Марчелике повезло больше. По всему побережью здесь росли плодовые игисы: тонкий ствол, широкие листья и гроздья питательных плодов. Их не нашлось только в центре континента, где было слишком сухо — но там рос игис бесплодный. У него был мясистый ствол, а ещё листья, способные сворачиваться в маленькие рулончики, и целые гроздья несъедобных орехов.

В общем, с чем и как праздновать Рождество, было. А святые отцы строго следили, чтобы основные религиозные праздники отправлялись правильно и неукоснительно.

Впрочем, Рождество и без того было светлым и любимым праздником, даже среди угрюмых касадоров Марчелики. Это на Святые вечера тяжело людей вытащить в нынешние смутные и тёмные времена слабости веры. А Рождество они и сами праздновали с большой охотой.

Готовиться начинали за пять-шесть дней, чтобы в последний день ничего не делать — разве что поставить на стол праздничный ужин. Впрочем, большую часть блюд для него тоже организовывали загодя. На Рождественскую службу подтягивались все жители городов и посёлков. Даже не слишком верующие. Только конченые наглецы позволяли себе её пропустить.

Именно к таким людям и относили жители Грисглада Ульриха Томази, владельца трактира «Грис».

Это выяснил вчера Мигель, прогуливаясь у ближайшей к трактиру и дому Ульриха церкви. При верном подходе скучающие старушки выдавали целую тонну информации о каждом местном жителе. А Мигель знал этот самый верный подход. Главное — не показывать свой интерес к тому, что рассказывают, а, напротив, всячески выпячивать своё искреннее желание сбежать подальше.

Обитал Ульрих в том самом трактире, в трёхкомнатных апартаментах на третьем этаже. Это стало понятно после нескольких ночных слежек за зданием. Каждый раз, когда хозяин шёл спать посреди ночи, свет зажигался в строго определённых помещениях. Но, как выяснил Алекс, выдавая себя у местной пацанвы за заезжего паренька, Ульрих не иначе как манией преследования страдал — во всяком случае, по мнению горожан. Так что это мог быть отвлекающий манёвр.

Трактир «Глас» был построен предком Ульриха Томази в те времена, когда тут и города-то не было. Небольшой причал, откуда вдоль побережья отправляли товары на запад, а ещё трактир и пара сараев — вот из чего выросли город и порт. Ионатан сумел проникнуть в местную мэрию и прочитать пару десятков документов, озадачив помощника мэра, оставившего его в своём кабинете в гордом одиночестве.