— Будем ехать за ними, — решил Дан. — Не спешим… Они не должны нас заметить.

Касадоры и не возражали, а воллы — тем более. Воллы — вообще животные неторопливые и быстрой скачки не любят. Вот так два отряда и ехали по тракту, на порядочном удалении друг от друга. Томази взял с собой две дюжины бойцов, вооружённых револьверами. Нападение на их отряд выглядело бы чистым самоубийством со стороны Дана и других касадоров. Но это только на первый взгляд…

Все бойцы Дана везли с собой запас специй, которого хватило бы на долгий бой. У каждого за спиной имелась винтовка, а в подсумке — запас патронов к ней. Все касадоры Дана были готовы к перестрелке, в то время как дельтианцы Ульриха Томази ожидали нападения лишь чисто теоретически. Их цель заключалась в том, чтобы спуститься в бухту и добраться до баркаса «Пульпа», чтобы забрать груз. И, возможно, спасти команду.

Как бы ни хотел Дан покарать убийцу Старика, он не спешил, понимая, что спешка в таком деле обязательно приведёт к ошибкам. А ошибки, в свою очередь, приведут к поражению. Пострадает не только Дан, но и его друзья, члены его вадсомада… А этого он допустить не мог, потому что искренне любил всех, кто путешествует вместе с ним.

И пусть при взгляде на Дана нельзя было с уверенностью сказать, умеет ли это хмурое существо любить, он всё-таки не был обделён человеческими чувствами. Однако вряд ли бы признался в этом хоть кому-нибудь. Так или иначе, никем из своих людей Дан попусту рисковать не хотел. Он был уверен, что если сегодня ничего не выйдет, то удобный момент ещё представится.

Отъехав на десяток миль от Грисглада, отряда Ульриха Томази свернул на каменистый пустырь и двинулся в сторону побережья. Их преследователи дождались, когда те скроются из виду зарослях кустарника, и только тогда продолжили свой путь.

— Скорость и меткость, — сказал Дан, доставая пузырьки со специями. — Готовим всё, не пьём сразу. Стреляем, когда всё будет готово.

Старган был практически уверен, что скоро нужный момент настанет.

В десяти милях от города Грисглад, бухта Печальная, 23 декабря 1935 года М.Х.

— Какого дьявола их сюда понесло во время отлива? — пробормотал Ульрих, глядя на баркас, распластавшийся на выступившей из воды песчаной возвышенности.

— Вода отступает, шеф, — заметил один из его подчинённых.

— Вижу… — Ульрих поморщился, поскольку очень не любил, когда ему сообщали очевидное.

Впрочем, Томази не любил и когда ему не сообщали то, что было очевидно другим, но не было очевидно ему самому. В этой лотерее — где ты либо сообщишь очевидное и вызовешь неудовольствие шефа, либо не сообщишь очевидное и всё равно вызовешь неудовольствие шефа — дельтианцы выбирали первый вариант. В этом случае неудовольствие будет меньше.