Карина подумала, что в первые же выходные, которые удастся урвать, отправится в долгую прогулку по холмам. В ее чемодане, кроме гламурных шмоток, лежали треккинговые ботинки и старая ветровка. Эх, вот бы пойти в поход в компании такого парня, как Вольт! С ним было бы одновременно и надежно, и не скучно. Карина вспомнила его нахальную улыбку, то, как легко, ни к чему ее не обязывая, он спускал бешеные деньги на шампанское, и загрустила. Он хорош собой, умен и явно непрост, раз уехал учиться в Лондон. К сожалению, они больше не увидятся. Ближайшую пару лет ей придется работать как проклятой. Деньги сами себя не заработают.

Странно, — осенила ее вдруг здравая мысль. — А ведь за все это время нам толком и не пояснили, чем мы тут заниматься будем. Каждая из нас представляла что-то свое. Каждая ехала за своей собственной мечтой. Глупо как-то все получилось…

Прекрасный замок показался из-за поворота неожиданно. Он как будто вырос прямо из холма. Белые стены с остроконечными башнями, узкие стрельчатые окна, флюгера на шпилях. Он был в точности таким, как на картинках: старинным, величественным, с резными воротами и мостом через ров, в котором плавали белые лилии. Карина даже рот приоткрыла от восхищения. Никогда в жизни она не видела ничего подобного.

— Ильмарин, — с довольной улыбкой произнес господин наставник, впервые за всю поездку оторвавшись от телефона. — Резиденция лорда Лаэрона. Повезло тебе, девочка. Не каждому выпадает честь жить под одной крышей с такой особой.

Но микроавтобус не поехал к главным воротам. Он свернул на узкую дорогу, огибающую стену, и остановился у маленькой железной двери, которую Карина сначала даже не заметила.

— Выходи, — скомандовал Амантиэль неприятным дребезжащим голосом.

Карина выбралась из автобуса, с недоумением оглядываясь по сторонам. Здесь, с тыльной стороны, замок уже не казался ей таким красивым: белый камень был покрыт въевшейся вековой грязью, стены в каких-то потеках, под ногами битая плитка, а из люка тянет канализацией. Их впустил внутрь какой-то неприветливый тип, который пробурчал что-то неразборчивое и пошел по длинному, как кишка коридору не оглядываясь. Они поспешили за ним, и вскоре слуга толкнул одну из дверей:

— Налево — душ, необходима санитарная обработка. Личные вещи сложишь вот в этот шкафчик.

Карине стало неприятно, словно ее назвали вшивой. Но она реально смотрела на вещи и не ожидала, что путь на авалонские подиумы будет усыпан лепестками роз, а потому выполнила распоряжение без споров.

— Вот бы тут Наташка была, — подумалось вдруг ей. — Эта неженка уже обревелась бы. Избалованная мамина девочка. И как у нее могли дурь найти? Странно… Что-то много странностей я стала замечать.