— Вот меня и срисовали, — уныло подумал я, выпивая одно зелье из четырех, «Медвежью силу». — Значит, иду на прорыв.
Разыграть дурака у меня не выйдет, повяжут тут же. До леса километра четыре, а до резиденции лорда — все двадцать, и вокруг нее полно стражи. Я старательно пялюсь в окно и вижу, как пристально товарищи из почетного караула всматриваются в лица выходящих из вагона. Я сжал рукоять пистолета и с улыбкой сказал следившему за мной авалонцу:
— После вас, сэр!
— Ну что вы, что вы! — любезно оскалился тот и всем видом показал, что пропустить меня станет для него величайшей честью.
— Да что же ты такой тупой! — вздохнул я и ткнул пистолетом в его брюхо. — Медленно поворачиваешься и выходишь первым. Если будешь делать глупости, прострелю тебе почку. Жив останешься, но это неточно.
— Не дури, парень, — побледнел тот. — Отдай ствол. Тебя же повесят!
— Сколько их там? — спросил я.
— Пять патрулей с магами на перроне, — ответил он. — И вокзал плотно оцеплен. Тебе не уйти.
— У тебя жена есть? — спросил я. — Как ее зовут?
— Джули, — побледнел тот.
— Если хочешь увидеть Джули, — терпеливо сказал я, — иди и не дергайся. И не вздумай строить из себя героя. Вдруг не получится. Если будешь паинькой, обещаю, что не убью. Понял?
— Да, сэр, — ответил он и с шумом проглотил набежавшую слюну.
— Ну и славно, — ткнул я его в спину. — Вперед.
Мы показались в дверях вагона, и я тут же почувствовал гибкое щупальце менталиста, ударившееся о мою защиту. На лице эльфийки появилось выражение неописуемого удивления, потом между идеально очерченных бровей залегла складка, а затем ей в бедро прилетела моя пуля, напрочь отбив всякое желание колдовать. Девушка упала на землю и завыла, зажимая рану. Ментальная магия, она такая. Требует некоторой сосредоточенности. Незадачливый филер полетел вперед, сбив обоих сопровождающих, а люди, толпившиеся на перроне, заорали в голос и побежали кто куда, устроив жуткую толчею. Бросившиеся ко мне наряды увязли в беспокойно мечущемся человеческом стаде, но и я увяз в нем тоже. Заемная сила помогла мне. Я шел ледоколом, разбрасывая тела как кегли. Полицейские стрелять в толпе опасались, и я петлял, как заяц-рэгбист, выводя из строя эльфов, которые еще не понимали, что у меня стоит ментальный блок.
— А вот это плохо, — прошептал я, увидев, как в мою сторону стремительно ползут зеленые змеи, которых выпустила из ладоней прелестная, совсем юная на вид девчушка.
Я наскоро глотнул зелье «Быстрой жизни» и реальность вокруг меня подернулась рябью. Люди внезапно остановились или начали двигаться, словно мухи в киселе. Девчушка эльф застыла, потешно скривив в гримасе хорошенькое личико. Ребенок совсем, ей лет пятьдесят, не больше. Зеленые лианы, которые поползли за мной, приобрели скорость улитки. Их кончики лениво шевелились, пытаясь добраться туда, где я еще совсем недавно стоял. Но увы. Меня там уже нет. Я вовсю бежал в сторону леса, пропустив в метре от себя ледяную сосульку, печально проплывшую мимо. Как, однако, вовремя я ускорился. Я ведь ее даже не заметил. Так себе приключение — получить килограммом льда по голове. А вот и оцепление. Какой-то солдатик скучает с автоматом наперевес. Я забрал у него оружие и разгрузку с боекомплектом, а потом припустил со всех ног.