Аж стукнуть его захотелось, только ответ сам по себе не найдётся. Поворачиваюсь к советнику в поиске поддержки.
— Найджел, скажи хоть что-нибудь! Я верю, что ты к нападению непричастен! Тот чародей чуть не убил сестёр! А ещё… Это ведь он довёл маму… Она из-за него сбежала! А ты её любил! Именно ты подарил ей часть своей силы…
Наконец Найджел посмотрел на меня, а в чёрных глазах полыхает горечь утраты, как рваная рана… А ведь столько лет миновало…
Вот почему мама говорила о возлюбленном чародее с нежностью, несмотря на произошедшее — они действительно любили друг друга… Более того, их любовь до сих пор жива!
Неужели так бывает? Взгляд невольно соскользнул в сторону князя. Интересно, Сандр столь же сильно любит Снежу?
Гляжу на ворот княжеской рубашки — жаль, не увидела, цепочка с кольцом на месте или нет…
Встряхнула головой — нашла когда на любовные дела отвлекаться!
Стойте-ка! Я знаю, что заставит Найджела не только говорить, но и содействовать!
Сердце тут же пустилось отплясывать в рваном ритме, почуяв, как запахло аферой. Для меня встреча с мамой была лишь наваждением — чудо, навеянное фейским вином, — но каждое слово, которое я тогда услышала, — правда. Могу ли я дать надежду Найджелу? Смотрю на его безучастное лицо и понимаю — других вариантов попросту нет.
— Скажите, лорд-советник, а вас ни разу не смутила моя осведомлённость касательно ваших отношений? Вряд ли такое можно доверить дневнику или няньке новорожденной дочери…
Недоумение, миг растерянности, а потом стремительный шаг вперёд, но Сандр начеку. Чёрный лёд в мгновенье ока обратился прутьями и вырос до самого потолка, перекрывая дорогу. Найджел отшатнулся от решётки, но взгляд не отрывается от моего лица. Надежда и недоверие… Страх, что я лгу.
— О чём ты? — шёпот, а в голосе дрожь.
Облизываю губы. Страшно так, будто я иду над бездной по тонкому льду.
— Я знаю секрет мамы, который неведом больше никому. И я расскажу… Если ты поможешь!
Лицо Найджела исказила болезненная гримаса.
— Чем я могу помочь? — рявкнул он. — У меня нет сил! Совсем! Я думал, что лишился их в безвременье! Но всё оказалось ложью. Тот, кого ты называешь Самаэлем, — самозванец.
Он украл моё имя, мою силу и моё лицо. И он совершил столько преступлений, что весь чародейский мир жаждет его крови. А я не могу доказать свою невиновность, потому что сила одинаковая. Даже Добриэль без разговоров отправит меня на плаху… Впрочем, поступай как знаешь… Я вообще не понимаю, почему жив-то до сих пор…
Выпалив правду, Найджел умолк, отошёл к стене, опустился на пол и бессильно привалился к холодному камню спиной. Будто бы для него всё закончилось.