Она отстраняется ровно настолько, чтобы посмотреть на меня, ее глаза блестят и немного ошеломлены.

- Я не хочу, чтобы ты замедлялся, - шепчет она. - Я просто хочу, чтобы ты был здесь.

- Я здесь.

- Тогда докажи это.

Мы, спотыкаясь, направляемся к кровати, ударяясь о тумбочку с такой силой, что одна из бутылок с водой опрокидывается и со стуком катится по полу. Она смеется, затаив дыхание и удивленная, и я смеюсь вместе с ней, звук отдается низким рокотом в моей груди. Мы все еще смеемся, когда я опускаю ее на матрас, ее руки сжимают мою рубашку, когда она тянет меня за собой.

Она намеренно прижимается своими бедрами к моим, и трение заставляет меня застонать ей в рот. Ее руки скользят в мои волосы, слегка дергая, ногти царапают кожу головы достаточно сильно, чтобы по моему позвоночнику пробежали искры. Я целую ее медленно, глубоко, ощущая вкус шампанского, клубники и чуть солоноватый привкус ее кожи, что-то более сладкое под ней, от чего мне хочется утонуть в ней.

Я отстраняюсь, прерывая поцелуй, и она издает тихий звук протеста. Ее глаза темные, зрачки расширены, губы припухли и приоткрыты. Я стягиваю рубашку через голову одним резким движением и отбрасываю ее в сторону. Она наблюдает за мной, ее взгляд медленно и обдуманно скользит по моей груди, задерживаясь на выпуклостях живота, опускаясь ниже, туда, где мои брюки уже слишком тесны.

Ее язык высовывается, облизывая губы, и взгляд, которым она одаривает меня, полон чистого голода.

- Черт, - бормочу я, протягивая руки к молнии.

- Ты очень гордишься своим... - начинает она, поддразнивая, но затем ее голос смягчается. "Ты знаешь, что ты с этим делаешь".

- А я верю?

- Ты всегда так делал.

Я не чувствую, что хочу. Не сегодня.

Сегодня все по-другому. Как будто, если я потороплюсь или скажу не то слово, весь этот хрупкий баланс между нами разрушится.

Я расстегиваю ее джинсы и спускаю их вниз по ногам, и она приподнимает бедра, чтобы помочь. За ней следует ее нижнее белье, кружево растекается по полу, а потом она оказывается обнаженной подо мной, и на секунду я не могу дышать.

Я нежно целую ее, обводя руками ее тело, словно пытаюсь запомнить его. Изгиб ее бедра. Изгиб талии. Нежная кожа внутренней стороны ее бедра, уже скользкая от возбуждения, дрожит под моими прикосновениями.

Она тянется к моему бумажнику на тумбочке и с дрожащим смешком достает презерватив. - Не для того, чтобы разрушить чары, - бормочет она, открывая его. Ее пальцы обвиваются вокруг меня, поглаживая раз, другой, настойчиво, дразня, прежде чем медленно продолжить, ее глаза прикованы к моим, между нами нарастает жар.