Глава 4
Король холма
Списоквоспроизведения:
Deep Purple: Король грез
Velvet Desire: Моя Сегодня
Райтеральм, Австрия, подножие тренировочного склона, 11 ноября
НИКО
Я освобождаюсь от своих пут. Снег хрустит под моими ботинками, как битое стекло. Мои легкие горят. Холодный горный воздух на вкус как озон и триумф. Это была хорошая пробежка. Мои голени все еще вибрируют от льда. Адреналин гудит в моей крови, как провод под напряжением.
Это единственный раз, когда мир обретает смысл. Здесь нет ни контрактов, ни сотрудников прессы, ни ожиданий. Есть только падение и выживание.
“ Нико! Нико, сюда!
Группа детей сгрудилась у забора. Их глаза широко раскрыты, а очки запотели от волнения. Я вытираю пот и растаявший снег с лица и натягиваю улыбку, которую австрийская пресса называет "Улыбкой золотого мальчика". Видеть мальчиков становится проще простого. Я помню себя в том возрасте, когда бежал просто для того, чтобы взглянуть на своих героев.
“Привет, ребята. Вы видели последний ролик? Я чуть не оказался на деревьях”, - шучу я.
Я перегибаюсь через забор, чтобы сделать с ними селфи, корча глупое лицо, которое, я знаю, появится в их историях через несколько минут. Я даю пять мальчику в красном спортивном костюме и подмигиваю лифтеру.
- Быстро ищешь, Райнер, - ворчит Зепп из своей хижины.
“ Всегда, Зепп. Голодание - единственный способ жить.
В тот момент, когда я опускаю планку безопасности кресельного подъемника, маска соскальзывает. Тишина горы давит, становится еще тяжелее. Я достаю телефон из кармана. Мой большой палец зависает над экраном.
По-прежнему ничего. Вчера она оставила меня на Read.
Я открываю Instagram. Я знаю, что не должна смотреть, но я все равно это делаю. Ее старая история из какой-то прошлой ночи все еще наверху, размытый снимок с какого-то гала-концерта в Зальцбурге. Она похожа на мраморную статую в платье, которое, вероятно, стоило больше, чем моя первая машина. Идеальный. Неприкосновенный.
И она не одна.
Высокий мужчина в темном костюме стоит всего в нескольких футах позади нее. Тот самый осел из Валь д'Изера, из той ночи, от которой, кажется, прошло сто лет. Он лощеный и спокойный. Он выглядит так, словно принадлежит миру хрустальных люстр и тихих бесед. Как будто у него никогда не было жира под ногтями или синяков на ребрах.
Ревность пронзает меня, горячая и острая. Я смотрю на Костюм, затем опускаю взгляд на свои руки. Костяшки пальцев ободраны от холода. У меня болят плечи в том месте, где я вчера подрезал калитку.
Она вернулась в свое королевство мраморных полов и утонченных мужчин. С чего бы принцессе Зальцбургской беспокоиться о парне, который относится к гравитации как к предложению? Для нее я, вероятно, просто волнующий момент — временный бунт перед тем, как она соскользнет обратно к мраморным полам и изысканным мужчинам.