Он положил на стол еще одну папку.

— Есть.

Служебные книги получили накануне вечером.

Не все.

Часть архивов управления была уже передана в центральное хранение, часть оставалась в Огненных Союзах.

Но сохранились журналы технических назначений за одиннадцать лет.

Саймон не мог показать мне имена других супругов.

Зато разрешил увидеть обезличенную сводку, которую подготовил государственный эксперт.

Количество стратегических браков.

Количество назначенных ОП-1-С.

Количество годовых продлений.

Количество завершенных модулей.

Рисунок оказался слишком ровным, чтобы говорить о редкой исключительной мере.

ОП-1-С применяли системно.

Не к каждому правящему дракону.

Но к большинству тех, кого управление относило к категории повышенной стратегической нагрузки.

— По какому критерию выбирали? — спросила я.

— Вот это мы еще устанавливаем, — сказал Саймон. — Сохранились таблицы приоритетов. Территориальная значимость, военное командование, состояние собственного ядра, отсутствие взрослого наследника, участие в пограничной системе.

— То есть политическая польза.

— В том числе.

— Моя способность выдержать передачу учитывалась?

Он посмотрел в материалы.

— В техническом назначении вашего брака есть только отметка, что предбрачное обследование не выявило противопоказаний к огненному союзу.

— Но не к ежегодной потере года.

— Отдельной оценки на это нет.

Конечно.

Потому что мне не говорили, что она нужна.

— Кто утверждал перечень стратегических категорий?

Саймон подвинул копию.

Совместное положение технического и медицинского отделов.

Согласовано управлением внутренней устойчивости.

Утверждено председателем Палаты.

Гаррет Норн.

Я уже перестала реагировать на его подпись как на сенсацию.

Она встречалась слишком часто.

Именно это постепенно становилось важнее.

Не одна бумага.

Присутствие во всей конструкции.

Реформа.

Программа.

Обязательный модуль.

Центральный учет.

Управление внутренней устойчивости.

И снова его подпись.

— Этого достаточно, чтобы обвинить? — спросила я.

Саймон ответил:

— Нет.

— Я знала.

— Тогда зачем спрашиваете?

— Проверяю, не изменилось ли у вас чувство юмора.

— Не изменилось.

Мериса тихо рассмеялась.

Саймон продолжил:

— Но этого достаточно, чтобы говорить о централизованной программе, а не о действиях одной мастерской или одного технического отдела.

Вот это было главное.

— Системность доказана?

Он подумал.

— Существование системной практики применения ОП-1-С — да. Ее уголовная незаконность во всех случаях — нет. Мы должны разделить браки, где могло существовать отдельное согласие, медицинские исключения, особенности старых норм и возможные нарушения в каждом конкретном случае.