Не стала моложе на шесть лет.

Лицо осталось моим.

Тело тоже.

Просто я наконец перестала ощущать себя человеком, который постоянно живет на последнем запасе сил.

И только теперь поняла, насколько давно забыла, каково это.

Адриана после шестой процедуры впервые официально отстранили от полного обращения.

Временно.

Не навсегда.

Но без конкретной даты возврата.

Собственное ядро выдерживало человеческую форму и небольшое пламя. Полная драконья трансформация создавала слишком большую нагрузку, пока последняя внешняя единица продолжала удерживать часть старой схемы.

Совет Ревалей сразу назначил внутреннее слушание по его должности.

Адриан сообщил мне об этом в коротком письме.

«Полное обращение запрещено до отдельного медицинского решения. Совет назначил оценку полномочий через восемь дней. На реституцию последней единицы это не влияет. Следующее решение по ней примет медицинская комиссия после периода адаптации».

Я прочитала вечером после работы.

Не ответила сразу.

Потом написала:

«Как ты себя чувствуешь?»

Отправила.

Не как заявитель.

Не потому, что врачам требовалась информация.

Просто спросила.

Ответ пришел через полчаса:

«Злюсь. Устаю быстрее. В человеческой форме нормально. Спасибо, что спросила».

Я сидела за столом и смотрела на последние три слова.

Не потому, что они обещали что-то между нами.

Просто теперь я спрашивала, когда сама хотела знать.

И он отвечал без того, чтобы превращать мой вопрос в право снова войти в мою жизнь целиком.

Это было новым.

На следующий день Саймон вызвал меня в Палату.

Не для допроса.

Для ознакомления с новым процессуальным решением.

Виттар Орс дал показания.

Он не признал преступления.

Не сказал, что Гаррет Норн лично приказал забирать годы у жен.

Но подтвердил несколько вещей, которых нам не хватало.

Управление внутренней устойчивости действительно определяло, какие стратегические драконьи браки получат ОП-1-С.

Технические назначения формировались не мастерскими.

Не домами.

Не церемониальными мастерами.

Централизованно.

По утвержденным критериям.

— Кто утверждал критерии? — спросила я.

Саймон передал копию.

— Руководство Палаты. Часть документов подписывал Норн, часть его заместители.

— Орс говорит, что Норн знал о жизненном источнике?

— Он говорит, что на совещаниях использовались термины «жизненная поддержка» и «супружеский ресурс». Но не может подтвердить, какие технические подробности лично читал Норн.

— Удобно.

— Возможно. Но свидетель обязан говорить только то, что знает.

— Я понимаю.

— Также он подтвердил, что годовые показатели сводились в служебные книги управления.