«Из этого пистолета больше людей сами застрелились, чем были убиты», — вспомнив чью-то характеристику ТК, усмехнулся Глеб.

— Калики мы перехожие, — ответил наконец на вопрос Чужинов. — Идем по своим делам, никого не трогаем. Надеюсь, плату за проход требовать не станете?

— На калек вы явно не тянете, — неожиданно добродушно улыбнулся светлоусый.

Чужинову даже в голову не пришло объяснять, что «калики» никакого отношения к инвалидам не имеют.

— Гостей мы ждем. Из тех, что хуже татарина, — начал объяснять его собеседник. — Уже месяц как. У нас там, — он махнул рукой на, пожалуй, единственную в городе девятиэтажку, — пост выставлен, чтобы вовремя их обнаружить. Ну и доложили мне, что группа идет. Решил выяснить, кто такие. А заодно и предупредить на всякий случай — вдруг на них нарветесь. Конечно, в том случае, если сами вы люди приличные.

— Да как будто бы всегда ими были. А вы что, прямо в городе и обитаете? — в свою очередь поинтересовался Глеб.

— Третий год уже. Здесь недалеко. Кстати, Анатолий Санеев, — протянул он руку.

— Глеб Чужинов, — ответив на рукопожатие, представился Глеб.

Крапивин на разговоры не отвлекался, несмотря на попытки спутников Санеева вовлечь и его. Улыбался, пожимал плечами, дергал бровью, но не произнес ни слова. И встал правильно: один из троицы прикрывал его своим телом от возможного выстрела из окон дома. Чужинов в очередной раз убедился — профи. Вот и сейчас Роман даже не дернулся, когда Санеев протянул руку и ему. Но тот нисколько не обиделся, лишь едва заметно кивнул.

— Ну так что, может, в гости к нам заглянете? Здесь недалеко. Разносолов не обещаем, но накормим досыта. А еще тепло, сон в мягких постелях и много-много горячей воды. Соскучились мы по новым людям: замкнутым мирком живем, давненько у нас никого не было. Хотелось бы новости услышать, да и просто поговорить.

— Зайдем, — не раздумывая, ответил Чужинов. — Почему нет? Объедать вас не будем, но вот все остальное точно не помешало бы.

Сомнительно, чтобы это была ловушка. Если принимать всех за негодяев, можно вообще веру в человечество потерять, а делать этого категорически нельзя. Глеб оглянулся и махнул рукой своим: присоединяйтесь.

Идти действительно пришлось недолго. Они пересекли две протянувшиеся параллельно центральной улицы, миновали школу, особенно пугающую своим запустением, и Санеев указал рукой на двухэтажное здание.

— Вот и наши бастионы. Здесь когда-то музей размещался. А еще раньше — усадьба была графа какого-то. Так сказать, дворянское гнездо. Ему почти двести лет, но еще столько же простоит: кладка в пять кирпичей… умели наши предки строить… И подвалы в нем — настоящие катакомбы. Холодильники в них устроили: лед, сверху опилки — запасы целое лето могут храниться. Ну а все остальное уже нашими стараниями появилось.