Встав на самый край, Чужинов всматривался вниз… и никого не видел. И тут Глеб почувствовал, как под его собственными ногами медленно уходит земля. Он сжался в ожидании, что через мгновение окажется в ледяной воде, когда руки Киреева оттащили его в сторону.
— Глеб!.. — начал что-то говорить Киреев, но тот, ухватив его за плечо, рывком развернул спиной к себе.
В рюкзаке Прокопа хранился остаток веревки, немного, метров семь-восемь, но ее должно хватить. Он выхватил ее, сунул Кирееву и начал лихорадочно скидывать с себя одежду:
— Спиной на снег, ногами к провалу и держись! Есть еще шанс, есть!
Возможно, Денис потерял сознание, ударившись головой при падении. Но на нем был рюкзак, и тот должен зацепиться за что-нибудь. Главное — найти Дениса и вытащить его наверх. Они сумеют вернуть его к жизни, да и сам Денис не тот человек, чтобы погибнуть так глупо, из-за какой-то нелепой случайности.
Ледяная вода обожгла холодом. Глеб пытался нащупать Войтова одной рукой, чувствуя, как немеет вторая, которой он уцепился, чтобы его не унесло потоком.
«Ну где же ты, Дёня!» — взмолился он, понимая, что надолго его не хватит.
Пальцы разжались, и он судорожно попытался ухватиться за стенку провала уже двумя руками. Прокоп без команды потащил его наверх, и у Чужинова мелькнула мысль, что, если провалится и он, это конец.
— Сейчас! Сейчас! — Уже наверху, размахивая руками, он запрыгал, пытаясь согреться, когда Киреев ухватил его за плечи и затряс:
— Глеб, не стоит этого делать! Понимаешь, не стоит! Нет никаких шансов его найти! Уходим отсюда, мы и так их потревожили! Вспомни о Егоре: вот его спасти реально!
Глеб слышал слова Киреева будто сквозь туман, понимая, что тот прав, прав во всем. Они действительно нашумели, и там, вверх по склону, у остовов пятиэтажек, уже мелькнул силуэт твари. Пока она единственная, но пройдет какое-то время, и их станет намного больше.
Глава 32 Солдаты неудачи
К утру подморозило. Прокоп утверждал, что температура опустилась градусов до двадцати пяти, не меньше. И грозился, что упадет еще больше: явно антициклон на подходе.
«Но, по крайней мере, видимость будет отличная, меньше шансов неожиданно нарваться на тварь. Только куда идти?» — с тоской думал Чужинов.
— Глеб, а помнишь, как ты меня обувь правильно шнуровать учил? — перебил его мысли Егор. — Чтобы, если нет времени всякие бантики завязывать, просто натянул ее и она с ног не спадала?
— Помню, Егор, помню.
Наука не хитрая, но необходимая. Только к чему он в воспоминания ударился? Мальчишка выглядел плохо: лицо без единой кровинки, бледное, как маска. И дыхание тяжелое, прерывистое, с какими-то хрипами. Но чем ему можно помочь? Ни бинтов, ни антибиотиков. Его бы на операционный стол, чтобы бригада опытных врачей с ним поработала. Ну а затем бульончики всякие, кашки-малашки, молоко. И симпатичных медсестричек, в коротеньких обтягивающих халатиках. Таких, чтобы Егору сама мысль умереть даже в голову не приходила. Только где же все это взять?