Тот взгляд Чужинова уловил:

— Удивительное дело, но так удобнее. Меня из-за него даже «капитан Крюк» успели прозвать.

Чужинов кивнул: «Сам тебя едва так не назвал, едва сдержался. Даже немного в рифму с твоей фамилией получается».

— Что тут рассказывать? — Костернюк провел ладонью по коротко стриженной, абсолютно седой большой голове.

Он и сам весь был крупный, плечистый, хотя и самого обычного среднего роста. Даже нос его не подвел: большой и загнутый, как клюв хищной птицы.

— Все конечно же ночью началось: твари любят, когда темно. Хорошо вовремя нападение заметили, иначе жертв было бы куда больше. Я уже больше недели тут околачиваюсь, успел дать шороху, а то расслабились вконец. Те дрыхнут без памяти, эти двери на засов не закрывают. Ночью пройдешься — у доброй трети домов двери не заперты. Периметр местами такой гнилой, что пальцем проткнуть можно. Мы с Алехиным переругались так, что два дня не разговаривали. Он мне: мол, зима, все твари в отключке, да и вообще твари Хмырники стороной обходят. Я ему: частокол надо усиливать, в одном месте он прямо по краю оврага тянется, еще осенью там часть земли от дождей поплыла. А он в ответ: давай уж весны дождемся — земля мерзлая. Нам она мерзлая, а тварям подкоп сделать, как выясняется, — нет. Вот уж точно, пока гром не прогремит, мужик не перекрестится! Знаешь, я Алехина лично бы пристрелил. До половины домов возможности добраться нет — ни под землей, ни по воздуху. Благо что это вы такие мастера по крышам лазить. В общем, так и сидим себе, постреливаем, ждем либо подмоги, либо того, что твари сами уйдут. Или сдохнут: они же летние в основном. Хотя и облудков хватает. Когда такое было, чтобы они стаями собирались? Что-то в этом мире пошло не так.

— В нем давно уже все пошло не так, — хмыкнул Чужинов.

— Мои гонцы-то, кстати, дошли?

— Один только.

— Кто именно?

— Самый молодой. Сам Алехин-то где, выжил?

— Не думаю. Хотя и не уверен. Может быть, в каком-нибудь из тех домов прячется, куда не добраться. А ты-то как в Комово оказался? Слышал я, из «Снегирей» в последнее время не вылезаешь?

— Во Фрязин шел, — коротко объяснил Чужинов. — Ладно, капитан Крюк, — все-таки не удержался он, — с утра бегать придется, стрелять. Мне бы поспать хоть немного: прошлой ночью глаза прикрыть едва удалось. Определи меня уж куда-нибудь на постой, глаза слипаются.

— Да погоди ты спать, сейчас ужин будет. Ну и примем немного за встречу.

— Нет, спасибо. Утром поем, а сейчас спать. А выпьем, когда зачистку закончим.

— Разбудить-то тебя когда?

— Желательно, когда с тварями покончите, — зевая, ответил Глеб. — Сам же говорил: без нас справитесь.