На центральной стене висел знак Гильдии: серебряная чаша, окруженная семью ветвями.

Я села рядом с Леоной.

На столе перед нами лежали:

копия ограниченного допуска;

акт экстренной процедуры Финна;

заключение Сейна;

договор лечения Северина;

независимое заключение Эдиты;

сведения об образцах Р-17;

акт о пожаре;

отчет о служебном гасителе;

заверенные копии накладных Орта Венна.

Главные записи Беатрисы оставались в банковском хранилище.

Мы принесли только отдельные заверенные страницы. Леона считала опасным раскрывать весь объем доказательств до того, как комиссия официально признает их относимыми к делу.

Ивара вошла одной из последних.

Сегодня она была не единственным инспектором, а членом комиссии. Вместе с ней за столом сели две старшие ведьмы и седой магистр, отвечавший за аптечные лицензии. Председательствовала женщина в темно-зеленом плаще без украшений.

Я видела ее раньше на выпускном экзамене, но лично мы не разговаривали.

Она открыла заседание коротким ударом серебряного молотка.

— Рассматривается вопрос о действиях ведьмы-аптекаря Миреллы Морвейн в период приостановления лицензии, а также о возможной связи этих действий со вспышкой заболевания на Драконьей улице.

Секретарь зачитал мои данные.

Имя.

Возраст.

Образование.

Специализация.

Дата прекращения практики.

Дата подачи заявления на восстановление лицензии.

В конце он добавил:

— Бывшая супруга герцога Северина Аркхарта.

Леона поднялась.

— Семейное положение моей доверительницы не относится к ее профессиональной квалификации.

— Оно указано в материалах стороны обвинения как обстоятельство возможной личной заинтересованности, — ответила председательствующая.

— Заинтересованности в чем?

— В нанесении ущерба Королевской лечебной коллегии, заключение которой использовалось при расторжении брака.

— Тогда прошу отдельно указать, что именно коллегия назначала препараты, исследуемые госпожой Морвейн.

— Замечание внесено.

Леона села.

Секретарь продолжил читать обвинения.

Работа в помещении с приостановленной лицензией.

Проведение сложного магического разделения на ребенке без присутствия лицензированного лекаря.

Хранение потенциально опасных веществ вне официального хранилища.

Изготовление средств для внутреннего применения до получения полной лицензии.

Сокрытие образцов от Королевской лечебной коллегии.

Возможное создание нестабильного серого состава, последствия которого проявились у жителей Драконьей улицы.

Последняя формулировка была построена так, чтобы ничего не утверждать прямо и при этом сделать виновной меня.

— Признаете нарушения? — спросила председательствующая.