— Так и было.

— Беатриса говорила правду.

— У нее не было полного доказательства.

— Но у тебя был настоящий анализ.

Аврелия впервые отвела взгляд.

— Анализ не гарантировал ребенка.

— И не доказывал бесплодие.

— Я выбрала то, что защищало дом.

— Нет, — сказал Северин. — Ты выбрала то, что давало тебе нужный результат.

В комнате стало тихо.

Я проверила его пульс, не спрашивая разрешения заново: договор позволял поверхностный осмотр при видимом ухудшении. Сердце билось часто, но ровно.

— Никакой магии, — предупредила я.

— Не использую.

Аврелия смотрела на наши руки.

— Вы позволяете ей распоряжаться вами перед посторонними.

— Я позволяю специалисту лечить меня.

— Она ваша бывшая жена.

— Это не отменяет ее квалификацию.

— И не делает беспристрастной.

— Ее лечение помогло. Назначения Кассиана ухудшали состояние.

Аврелия сжала губы.

Леона вернула разговор к показаниям:

— Вы знали о серой основе до смерти Беатрисы?

— Знала о ее предположении.

— Передали сведения Кассиану?

— Да.

Я почувствовала, как пальцы холодеют.

— Когда?

— В тот же вечер.

— Что вы ему сказали?

— Что Беатриса обвиняет коллегию в использовании опасной основы и собирается обратиться в Гильдию.

— Вы передали ему таблицы?

— Копии.

— Те самые, которые Беатриса дала вам для независимой проверки?

Аврелия помолчала.

— Да.

— Она знала, что вы отдадите их человеку, которого подозревает?

— Я не считала Кассиана подозреваемым. Он был главой лечебной коллегии и врачом нашего дома.

— Через три дня Беатриса погибла.

— Я не приказывала ее убивать.

— Я этого не сказала.

— Но думаете.

Я смотрела на нее и понимала: Аврелия действительно не знала о будущем пожаре.

Не ждала смерти Беатрисы.

Она просто решила, что влияние дома и должность Кассиана делают его надежнее старой аптекарши с неполным отчетом.

А потом, когда Беатриса погибла, не стала задавать вопросы.

Потому что ее собственная цель уже была достигнута.

— После смерти Беатрисы вы не связали пожар с разговором? — спросила Леона.

— Связала.

— И что сделали?

— Спросила Кассиана.

— Что он ответил?

— Что Беатриса работала с нестабильным составом, закрыла вытяжку из-за ошибочного опыта и погибла по собственной неосторожности.

— Вы поверили?

— Заключение это подтверждало.

— Заключение подписал он же, — сказала я.

Аврелия не ответила.

— Вы хотя бы попытались получить независимый отчет? — спросила я.

— Дом Аркхарт не имел отношения к расследованию смерти аптекарши.

— Зато имел отношение к моему лечению, ее предупреждению и измененным результатам.

— Я уже сказала: у нее не было достаточных доказательств.

— Для расследования доказательства собирают. Не ждут, пока мертвая женщина принесет готовое признание преступника.